Вопрос: – Валентин Юрьевич, уже несколько лет информационное поле нашей страны переполнено сообщениями о банках: об отзывах лицензий, санациях, о скандалах в банковской среде, масштабных выводах активов за рубеж, бегстве «эффективных менеджеров» с крупными денежными суммами и так далее. Если бы это оставалось только на страницах газет или в эфире радио- и телеканалов, но банковская лихорадка непосредственно затрагивает миллионы людей, тысячи предприятий, это касается и международного престижа России. Почему так много банков получают «чёрные метки» и разоряются? Что нужно знать о ситуации в банковской сфере, чтобы правильно ориентироваться в происходящем?

КатасоновВалентин Катасонов: – Не только в России, но и в других странах прослеживается серьёзная ситуация в банковском секторе. Взять, например, Еврозону, где постоянно говорят о том, что банковская система находится на грани коллапса, что банки недокапитализированы, что в любой момент они могут оказаться жертвами банковских «набегов» и начнётся банковский кризис, которых в истории Запада было немало. Россия, к сожалению, взяла западную модель банковской системы, которая показала свою полную непригодность. Точнее, нам навязали её. В конце 80-х – начале 90-х годов восторженно заявляли о создании в России банковской системы, которая обеспечит решение социальных, экономических проблем, позволит наладить оптимальное, рациональное, эффективное перераспределение финансовых ресурсов, направит их именно туда, где существует наибольшая в них потребность. В общем, много всякой «лапши» было навешено на уши наших людей. И поверили в это не только простые граждане, далёкие от «тонких материй» финансов и банков, но даже те, кто этим занимались – преподаватели политэкономии, финансисты. Прошло четверть века, и теперь мы наглядно видим плоды тех усилий, которые предпринимали наши недруги для того, чтобы привить в России эту недоброкачественную модель.

Сегодня даже среднестатистический обыватель у нас знает, какой хаос творится в банковском секторе. С 2013 года Центральный банк отобрал лицензии примерно у 350 кредитных организаций. Именно тогда Банк России возглавила Эльвира Набиуллина. Именно она – а её подают как эффективного менеджера – начала активную организованную «прополку» банковских рядов. Нам обещают, что скоро эта «прополка» закончится и наступит банковское и экономическое благоденствие. Это иллюзия, потому что людей, которые чётко понимают, как устроена модель банковской системы, сегодня крайне мало. Не исключаю, что многие, даже в ЦБ, свято верят, что наступит какая-то стабилизация. Но конструкция современной банковской системы по определению не может нормально работать. Образно выражаясь, это автомобиль с перекошенным шасси, с какими-то внутренними дефектами. Если сесть за руль такой кривой машины, то её обязательно будет заносить то вправо, то влево, здесь без опытного водителя – почти циркового артиста – не обойтись. А ведь автомобиль должен ехать прямо, а за рулём – находиться обыкновенные люди, которые понимают где право, где лево. Современная банковская система такова, что может «ехать» только по кривой.

Если учесть, что с середины 2013-го по конец сентября 2017 года банкам почти не выдавались лицензии, то не будет большой ошибкой сказать, что за этот сравнительно небольшой промежуток времени прекратили своё существование примерно 36% банков. Это очень большой процент «смертности». Анализируя эти цифры, я вспомнил известного западного экономиста, бизнесмена Джона Перкинса, автора книги «Исповедь экономического убийцы», переведённой почти на 40 языков и изданной во многих станах мира, в том числе она издавалась и переиздавалась в России. В книге очень точно сказано, что современный капитализм – это экономика смерти. Банковская сфера особенно ярко отражает сие свойство капиталистической экономики. Капитализм развивается циклически, через кризисы, и каждый кризис – это массовые банкротства. Банкротств в банковской сфере – из-за её «уникальной» конструкции – всегда на порядок выше, чем в других отраслях.

Вопрос: – Есть ли статистика, сколько лицензий у банков было отозвано за весь постсоветский период?

Валентин Катасонов: – За это время прекратили своё существование 2500 российских банков. Сейчас в России функционируют где-то 550 банков. Получается, что всего в постсоветский период лицензии получили примерно 3000 кредитных организаций. Выжили из них только 17%, а 83% – отправились на тот свет. Но в эти 17% входят и те банки, которые подвергались или подвергаются процессу санирования, поэтому выживаемость в банковском секторе ещё ниже – где-то процентов пятнадцать.

Вопрос: – Такая банковская «смертность» – это чисто российская особенность?

Валентин Катасонов: – Так устроены банковские системы почти всех стран мира. Поэтому, справедливо ругая Эльвиру Набиуллину за то, что она не может справиться с ситуацией на подконтрольной ей территории, нужно отметить, что здесь вообще никто не сможет справиться. Посади сейчас на место Набиуллиной какого-то другого человека, даже более интеллектуально развитого, опытного в сфере банковского бизнеса, и он с этой ситуацией не справится. Потому что надо кардинально менять всю модель банковской системы.

Вопрос:– Почему банковская «машина» всё время уходит либо вправо, либо влево и не желает двигаться, как положено, прямо? В чём заключается её дефект?

Валентин Катасонов: – Это происходит потому, что банки, в отличие от других субъектов хозяйственной деятельности, являются институтами с неполным (или частичным) покрытием своих обязательств. Ведь если у какой-нибудь, к примеру, строительной компании или агропромышленного холдинга, другой компании реального сектора экономики будет неполное покрытие обязательств по балансу, то такую компанию, организацию или предприятие следует признать банкротом. А коммерческие банки уже рождаются на свет Божий с этим встроенным дефектом. Они с самого начала запрограммированы на работу с неполным, или частичным, покрытием обязательств. Поэтому не будет преувеличением сказать, что коммерческие банки делают деньги из воздуха. И это не метафора. Откройте любой учебник по экономике, учебник «Деньги, кредит, банки»: там жирным шрифтом написано, что коммерческий банк – это финансовый посредник. Но это не так. У любого человека словосочетание «финансовый посредник» ассоциируется со следующей схемой: коммерческий банк берёт на свои счета, на депозиты какие-то деньги и дальше передаёт их кому-то в виде кредитов. На самом деле схема совершенно другая: банк принимает на свой депозит наличные деньги и затем под эти наличные деньги выпускает новые деньги. Получается, что коммерческий банк – не финансовый посредник, а эмиссионный институт, организация, которая имеет право сама выпускать деньги. Это важно понимать. То есть мы говорим: деньги – это кровь экономики, важнейший элемент инфраструктуры, важнее даже, чем связь, дороги. И вот эта важнейшая система жизнеобеспечения оказывается в частных руках. Правда, Центральный банк, выдавая лицензии, должен не просто наблюдать за коммерческими банками, а обязан блюсти интересы государства, и не позволять кому попало заниматься эмиссией денег. Но это на словах. Предположим, вы положили на депозит в коммерческий банк 100 рублей и думаете, что эти деньги будут переданы кому-то в виде кредита, чтобы этот «кто-то» создал, к примеру, хлебопекарное производство, замостил дорогу, посеял, вырастил и продал сахарную свёклу и так далее. На деле всё обстоит по-другому. Есть такое понятие – обязательное резервное отчисление банка. Центральный банк в большинстве стран, в том числе в России, требует, чтобы коммерческие банки осуществляли отчисления. Полученные 100 рублей банк направляет в фонд резервирования, одновременно выдав кредит на сумму в 1000 рублей.   Коммерческие банки эмитируют новые деньги! Представьте только, что было бы, начни простой гражданин самостоятельно создавать новые деньги – его на следующий день вычислили бы, арестовали и запечатали бы в тюрьму на достаточно длительный срок. А вот коммерческие банки это могут делать, причём без опоры на какие-либо законы. Таким образом делаются деньги из воздуха. Ни в России, ни в других странах статус этих безналичных, так называемых депозитных денег, которые эмитируются коммерческими банками, не определён. В конституциях и других законах обозначен статус законных платёжных средств: это деньги, которые выпускаются Центральным банком в наличной форме. Клиент, приходя в банк, может потребовать: верните мне мой депозит с процентами – естественно, законными платёжными средствами. Далеко не всегда коммерческий банк способен это сделать, потому что изначально рождается с системным дефектом, и неустойчивая банковская конструкция падает при любом мановении ветерка. И понятно, что если все клиенты придут и потребуют вернуть их деньги, при существующей схеме банк не сможет выполнить своих обязательств. Поэтому банки, как чёрт ладана, боятся каких-то массовых «набегов». Председатель Совета директоров Бинбанка Микаил Шишханов жаловался, что, мол, у банка появились проблемы из-за всяких нехороших блогеров, которые в социальных сетях начали про него «всякие басни сочинять». Извините, если у вас нормальный баланс, можно сочинять любые басни, но при этом вы будете стоять твёрдо, как гора. А у вас – неполное, или частичное, покрытие обязательств. Вы не устойчивы, вам может повалить любой ветерок.

Вопрос: – А где же «всевидящее» око Банка России? Неужели так просто получить лицензию на банковскую деятельность?

Валентин Катасонов: – Центральный банк, с одной стороны, должен следить за тем, чтобы лицензии получали достойные кредитные организации (правда, кто этого достоин, а кто нет – вопрос философский), с другой – контролировать, чтобы каждый банк оставался достойным, то есть неукоснительно выполнял некие требования и нормативы. Однако, получая долгожданную лицензию, любой «достойный» банк прекрасно понимает, что рано или поздно у него её всё равно отберут. Поэтому, естественно, он старается максимизировать свой результат, чтобы «отработать» лицензию. «Отрабатывать» можно разными способами. Можно взять «круто» и сразу же получить полную неплатёжеспособность. Это такое цирковое искусство, которым владеют очень немногие. Но всё равно в данном контексте любая банковская дорога ведёт кредитную организацию на тот свет. Только самых избранных Центробанк может начать спасать – использовать какие-то текущие кредиты, скажем, кредиты РЕПО под символическую процентную ставку (именно их в больших объёмах получал этим летом банк «Открытие»). Или это может быть просто кредит в рамках санации. Так что без подпорок банковские «циркачи» не работают, им обязательно нужна подстраховка. Но любой «цирковой виртуоз» рано или поздно приводит банк к такому состоянию, когда у него начнут изымать лицензию. И, повторю, ни Набиуллина, ни любой другой председатель Центрального банка не в состоянии предотвратить процесс банкротств. Потому что «экономика смерти» создаёт порочную банковскую систему, ведущую к огромной и непрерывной «смертности» банков. Нужно кардинальным образом реформировать банковскую систему. И, что более важно, всю модель экономики. На сегодняшний день это действительно экономика смерти.

популярный интернет



comments powered by HyperComments

Еще по теме

Новые комментарии
Популярное Видео




Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24lifenews
Авиабилеты и Отели