В понедельник на биржах и основных новостных ресурсах началось что-то вроде паники. Типичные заголовки: «Мир ожидает нового 1929 года»; «Грядёт новый мировой кризис»… Американский миллиардер Карл Айкан убеждён в том, что обвал индексов предупреждает о будущих потрясениях, причём их последствия могут оказаться хуже, чем во времена Великой депрессии. Что же мы видим? Некие пузырьки, которые бывают на весенних лужах во время тёплого дождя, наполненные грязным, но неопасным спекулятивным воздухом, или действительно в мире надувается пузырь из ядовитого, взрывоопасного газа? 

Валентин КатасоновНикакой неожиданности в этом «чёрном понедельнике» нет, потому что его ожидали ещё в 2017 году. Более того, в прошлом году году ждали начала второй волны глобального финансового кризиса, первая волна которого проходила в период с 2007 по 2009 годы. Большинство аналитиков и экспертов говорили и продолжают говорить о том, что вторая волна глобального финансового кризиса будет намного более серьёзной, более разрушительной. И когда меня спрашивали: «Какие самые главные события ушедшего 2017 года?», — я говорил, что начну свой ответ с того, что назову то событие, которого ждали, а оно не произошло. А это именно вторая волна глобального финансового кризиса. И тогда я сказал, что скорее всего в 2018 году эта вторая волна и будет главным событием года.

Сказать, каким будет ли продолжение чёрного понедельника, я не берусь. Это примерно как раскаты грома. Мы можем ждать наступления грозы и молний в течение одной минуты, а может пройти ещё час, пока, наконец, не начнётся гроза с молниями, проливным дождём, ураганом и так далее. Это знает один Господь Бог. Но в целом, если судить по статистическим показателям, то сегодня ситуация даже более серьёзная, чем она была накануне первой грозы — я имею в виду первую волну глобального финансового кризиса. Такие показатели, как, скажем, капитализация рынков, сравнение капитализации отдельных компаний с прибылью, которую дают эти компании, такие показатели, как относительный уровень долга, не дают поводов для оптимизма. Сегодня относительный уровень долга в Соединённых Штатах, в Европейском Союзе, в Китае превысил 300% ВВП, а это больше, чем в 2007 году. Ну и разные показатели, которые используются в так называемом фундаментальном анализе (его обычно применяют те, кто работает на фондовых рынках), тоже сегодня превзошли уровень 2007 года.

То есть можно говорить, что пузыри надулись, можно сказать, что долговая пирамида выросла до небес, но когда конкретно, какого числа какого месяца обвалится пирамида и произойдёт схлопывание пузыря, я, конечно, сказать не могу. Но думаю, что это может произойти в 2018 году.

Предвестники новой волны кризиса проявлялись уже больше двух лет назад. В 2015 году произошла паника на фондовых площадках Китая. Тогда фондовые индексы упали в среднем на 1/3. Это потери, которые в абсолютном выражении измерялись сотнями миллиардов, даже фигурировала цифра два триллиона долларов — а это совокупная капитализация фондовых рынков нескольких средних стран. Тогда Китай, используя свои специфические административно-командные методы, сумел купировать дальнейшее развитие этого фондового кризиса. Но, тем не менее, налицо все признаки того, что гроза начинается.

Я могу, конечно, объяснить, почему именно 5 февраля возникла та ситуация, которую мы называем «чёрным понедельником». Дело в том, что Министерство торговли Соединённых Штатов опубликовало статистические показатели за январь, в том числе по занятости, по инфляции. И получилось, что за январь в экономике Соединённых Штатов возникло 200 тысяч рабочих мест — это даже больше, чем ожидалось. Дефляции никакой нет, а есть даже некоторые признаки слабой инфляции. Что это означает на языке тех, кто живёт и работает в мире финансов? Это означает: скорее всего Федеральная резервная система США в условиях относительной экономической стабилизации будет повышать ключевую ставку. И обратите внимание, что именно в понедельник, 5 февраля, был первый рабочий день нового председателя ФРС Джерома Пауэлла. Не знаю, случайно ли совпадение или это некий знак свыше? — но ни один из руководителей Федеральной резервной системы не стартовал, не начинал свою карьеру с такого события, которое произошло 5 февраля. Пауэллу не позавидуешь.

А на прошлой неделе, то есть буквально за несколько дней до «чёрного понедельника», два бывших руководителя ФРС — Гринспен и Йеллен — сделали громкие заявления о новом финансовом кризисе. Алан Гринспен обвинил Дональда Трампа в утаивании реального положения дел, сказал: «Убеждён, что ситуация будет только усугубляться, если ФРС продолжит повышать процентные ставки», и предупредил о двух пузырях — на фондовом рынке и рынке гособлигаций. А Джанет Йеллен, которая в пятницу последний день отработала на посту главы Федеральной резервной системы, также указала на опасность перегретого рынка, вот её слова: «Я не хочу называть то, что мы видим сейчас, пузырём, но я бы сказала, что в общем оценка активов завышена».

Таким образом, мы видим сплетение двух факторов? С одной стороны, есть объективные факторы, о которых я сказал вначале, а с другой стороны, есть субъективные факторы — мы видим некую информационную атаку?

Тут мы затронули очень серьёзную тему. Я могу сказать так: в принципе, любой кризис имеет относительно объективные причины, которые можно выразить с помощью каких-то статистических показателей. Но при этом спровоцировать кризис может некий субъективный фактор. И любой кризис обычно есть сочетание таких объективных и субъективных причин и факторов. Взять тот же самый обвал фондового рынка в октябре 1929 года — там было сочетание того и другого. Я даже объясню, почему так происходит. Потому что хозяева денег, как правило, не ждут, когда произойдёт самопроизвольный, стихийный обвал долговой пирамиды. Они к этому обвалу готовятся. И в какой-то момент времени они и организуют обвал. Так что здесь сочетание того и другого. Я не исключаю, что это может быть вызовом «глубинного государства» Трампу и его команде. Джером Пауэлл, конечно, человек Трамп, но при этом он очень осторожный, занимает срединную позицию. Но, тем не менее, такая осторожность и срединность не спасла Джерома Пауэлла от такого, можно сказать, шока. Формально, конечно, никто не будет приписывать Пауэллу «чёрный понедельник» — он не успел ещё даже сделать никаких громких заявлений. Но, тем не менее, это уже какие-то пятна на белом мундире нового председателя Федеральной резервной системы.

Эти американские игры могут коснуться и нас. В эти дни эксперты обсуждают последствия для России от нового витка кризиса. И аналитики разделились прямо как в анекдоте про пессимиста, который говорит, что хуже быть не может, и оптимиста, который утверждает: «Может, может, может!» Пессимисты говорят, что России ничего не грозит, потому что мы находимся на таком уровне падения, что и ожидать ничего хуже нам не приходится. Но мы помним, вообще-то, что и в 2008 году, и в 1998 году мы не были на вершине финансово-экономического успеха — тем не менее провалились и упали ещё ниже. Так правы оптимист или пессимист? Хуже быть может или хуже быть не может?

Конечно, может. Я помню: когда в Америке начался финансовый кризис, то Алексей Кудрин, тогдашний министр финансов, говорил о том, что у нас здесь в России «тихая заводь и нам ничего не грозит». Также он выражался: «Россия — остров стабильности». А потом начались обвалы на фондовом рынке. С мая по октябрь 2008 года капитализация на фондовом рынке финансовых инструментов, акций упала на один триллион долларов. Понятно, что это всё вроде бы виртуальные вещи, но за этими виртуальными вещами скрывались банкротства и увольнения десятков и сотен тысяч людей. Такая трагедия. Я думаю, что и сегодня кризис может ударить очень даже конкретно по многим отраслям, многим предприятиям и по гражданам, которые работают на этих предприятиях.

Механизм процессов заключается в том, что начинается бегство от акций. Почему всё-таки статистика Министерства торговли США оказала такой триггерный эффект на ситуацию на фондовом рынке? Да потому, что инвесторы быстро сообразили — ага, значит, будет повышение ключевых ставок. А если будет повышение ключевых ставок — значит, возрастёт доходность казначейских бумаг. По прогнозам, если будет ещё два пошаговых повышения ключевой ставки, то доходность десятилетних казначейских бумаг будет составлять 2,5% в год. Это вполне реальная доходность, причём по безрисковым бумагам, в отличие от каких-нибудь NASDAQовских бумаг, которые реально не обеспечивают такую доходность, а риски очень высокие. Грубо говоря, инвесторы начали перекладываться в государственные бумаги. И точно такой же механизм задействован и на фондовом рынке России — инвесторы начинают перекладываться в менее рисковые или безрисковые инструменты, в том числе и в казначейские бумаги Соединённых Штатов.

Когда Минфин РФ делает всё более объёмные и масштабные закупки валюты, это косвенный признак того, что рубль будет падать или обваливаться, а доллар будет расти. Вот так. Потому что если бы правительство верило в рубль, оно бы не делало таких закупок зелёной бумаги.

популярный интернет



Еще по теме

Комментарии:

Популярное Видео



Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews
Авиабилеты и Отели