Начало ноября в США ознаменовалось экономической сенсацией. Минфин США обнародовал данные о государственном долге по состоянию на 31 октября 2019 года. Суммарная величина долга достигла 23 триллионов долларов.

Катасонов

Если быть точным, весь государственный долг США составляет 23.008.409 млн. долл. При этом чистый государственный долг (debt held by the public) равняется 16.981.311 млн., а так называемый внутриправительственный долг (intragovernmental debt) – 6.027.098 млн. долл.

Вообще, такое событие ожидали в следующем году. Напомню, что 13 февраля 2019 г. государственный долг США достиг 22 трлн. долл. В конце октября министерство финансов опубликовало отчёт о состоянии государственных финансов страны, подводя итоги 2019 финансового года (финансовый год в Америке начинается 1 октября, а завершается 30 сентября). СМИ особое внимание уделили показателю дефицита федерального бюджета – 984 млрд. долл., почти триллион. Это рекорд за последние семь лет. Если исходить из того, что темпы ежегодного прироста государственного долга США составляют сейчас примерно 1 триллион долларов, то предполагалось, что новый антирекорд – 23 триллиона долларов – будет зафиксирован в феврале 2020 года. Однако событие произошло, по крайней мере, на три месяца раньше.

Скачок объясняется тем, что Федеральный резерв с сентября, не афишируя, начал приращивать запасы своих казначейских бумаг. А в октябре стартовала официальная программа закупок американским Центробанком казначейских бумаг – типичная программа «количественного смягчения».

До середины следующего года Федеральный резерв планирует приращивать свой портфель долговых бумаг американского казначейства на 80 млрд. долл. в месяц. Прирост в размере 60 млрд. долл. будет обеспечиваться печатным станком, а ещё 20 млрд. долл. – это замещение ипотечных бумаг из портфеля Федерального резерва казначейскими облигациями. Многие эксперты ожидают, что программа закупок государственных бумаг будет продлена за пределы трёх кварталов года и темпы наращивания государственного долга США ускорятся. До недавнего времени основным покупателем американского государственного долга был Китай, но теперь, видимо, плечо казначейству США будет подставлять не Пекин, а Федеральный резерв.

Большинство американцев не помнит, что когда-то Америка вообще жила без государственного долга. Это было в XIX веке при президенте Эндрю Джексоне (1829-1837 гг.). Этот выдающийся общественно-политический деятель Америки шёл на президентские выборы с двумя лозунгами: отозвать лицензию у Второго банка Соединённых Штатов (он выполнял тогда функции Центробанка) и ликвидировать государственный долг. Обе задачи он успешно решил. Кстати, Трамп, придя в Белый дом, повесил в своём кабинете портрет Эндрю Джексона.

После Джексона вновь образовался государственный долг, но угрожающих размеров он не принимал. В 1910 году он был равен 2,7 млрд. долл. (8,0% ВВП). В результате Первой мировой войны государственный долг вырос до 26 млрд. долл. в 1920 году (29,2% ВВП). К 1930 году он сократился до 16,2 млрд. долл. (16,5% ВВП).

Проблема государственного долга приобрела угрожающие масштабы в 1930-е годы, когда страна погрузилась в Великую депрессию. Франклин Рузвельт пытался вытаскивать Америку из депрессии путём наращивания государственного долга, что было одним из важнейших элементов политики Нового курса. К 1940 году долг вырос до 50,7 млрд. долл. (52,4% ВВП). Вторая мировая война резко подстегнула рост долга, и его максимальное относительное значение было достигнуто в 1946 году 121,2% ВВП (рекорд, не превзойдённый в Америке до сих пор).

В абсолютном выражении государственный долг США продолжал расти. Так, его величина в отдельные годы имела следующие значения (млрд. долл.): 1950 г. – 256,9; 1960 г. – 290,5; 1970 г. – 380,9; 1980 г. – 909,0. Правда, относительные показатели долга снижались (% ВВП): 1950 г. – 94,0; 1960 г. – 54,3; 1970 г. – 36,3; 1980 г. – 32,5.

При президенте Рональде Рейгане произошло символическое событие: государственный долг пересёк планку в один триллион долларов. К 1990 году абсолютная величина долга составила уже 3,2 трлн. долл., а относительный уровень достиг 54,2%.

В 1998-2001 гг. (четырёхлетний период) было зафиксировано редкое для Америки явление – профицит государственного бюджета (до этого профицит фиксировался лишь в 1970 году). Это было при президенте Билле Клинтоне. На короткий срок рост долга остановился, но потом продолжился ещё более ударными темпами. В 2000 году величина долга составляла 5,63 трлн. долл. (55,5% ВВП), в 2010 году – 13,53 трлн. долл. (91,4%). Относительный уровень государственного долга США достиг планки в 100% ВВП к 2011-2012 гг.

В ходе предвыборной кампании Трамп обещал сбалансировать федеральный бюджет и остановить дальнейший рост государственного долга. Обещал даже начать переговоры с основными держателями американского суверенного долга на предмет его реструктуризации.

К приходу Трампа в Белый дом госдолг США составлял 19,9 трлн. долларов. И вот за три неполных года президентства Трампа мы видим четыре последовательных рекорда по государственному долгу: 20 трлн. долл. – в сентябре 2017 года, 21 трлн. долл. – в марте 2018 года, 22 трлн. долл. – в феврале 2019 года, 23 трлн. долл. – в октябре 2019 года.

Если Трампу удастся досидеть в кресле президента США до конца своего срока и его не настигнет импичмент, то при взятых темпах казначейских заимствований долг возьмёт планку в 24 трлн. долл. А если программа скупки казначейских бумаг Федеральным резервом продолжится и во второй половине 2020 года, то уровень долга может достичь 25 трлн. долларов.

Дональд Трамп и Барак Обама по способности наращивать государственный долг сопоставимы, но Трамп остро критиковал своего предшественника именно за то, что тот почти удвоил государственный долг и загнал Америку в долговую ловушку. И обещал остановить безумное наращивание долга. И что? Эти обещания были лишь предвыборной риторикой? Или Трамп неправильно оценил свои возможности? Или наращивание им долга – сознательное изменение политики?

Думаю, что и то, и другое, и третье. Мне кажется, Трамп действительно изменил своё отношение к проблеме долга. Он его перестал бояться и даже находит удовольствие в его наращивании. Ведь чем, по его мнению, неприятен для государства растущий долг? Тем, что его надо обслуживать, т.е. регулярно выплачивать проценты по казначейским бумагам. Это так называемые процентные расходы с некоторых пор стали второй в американском бюджете статьей после военных расходов. Вот данные за отдельные годы (млрд. долл.): 1991 г. – 286; 1995 г. – 332; 2000 г. – 362; 2005 г. – 352; 2010 г. – 414; 2015 г. – 402; 2016 г. – 433; 2017 г. – 458; 2018 г. – 523. В прошлом году на процентные расходы пришлось 12,5% всех расходов федерального бюджета. За 28 лет процентные расходы увеличились в 1,8 раза, вроде бы не так много. Однако это лишь потому, что процентная ставка по государственному долгу очень сильно просела. Если бы в 2018 году правительству США пришлось обслуживать свой долг по процентной ставке 1991 года, потребовались бы бюджетные средства в размере 1,8 трлн. долл. То есть расходы на обслуживание долга пришлось бы около 2/5 всех бюджетных расходов.

Итак, надо бояться не абсолютной величины долга, а процентной ставки по нему. Может ли правительство понижать эту ставку? Здесь его возможности ограничены. Главную скрипку играет ФРС, устанавливающая ключевую ставку. Чем ниже ключевая ставка американского Центробанка, тем ниже процентные ставки по казначейским бумагам.

Поэтому Трамп добивается, чтобы Федрезерв понижал и без того невысокую ставку. На последнем заседании комитета по открытым рынкам ФРС США 30 октября ключевая ставка была понижена в третий раз. Сегодня она равна 1,75-2,00%. Трампу этого мало, он хочет, чтобы Федеральный резерв опустил ключевую ставку ниже нуля (подобно тому, как это сделали Банк Японии, Банк Швеции, Национальный банк Швейцарии и Центробанк Дании). Тогда можно будет и казначейские бумаги США сделать с отрицательным процентом (подобно, например, казначейским бумагам Германии). Однако Федеральный резерв далеко не всегда следует рекомендациям американского президента.

Я, кажется, начинаю понимать, почему Трамп повесил в Белом доме портрет седьмого американского президента Эндрю Джексона. Ведь тот добился ликвидации тогдашнего Центробанка – Второго банка Соединённых Штатов. А представим, что было бы с американским государственным долгом, если бы казначейские бумаги имели отрицательные проценты. Американское казначейство не платило бы проценты, а получало их. Заимствования американского правительства стали бы источником доходов бюджета!

Не исключаю, что Трамп мечтает обесценить американский долг. Брать в долг полноценные деньги, а погашать его «мусором». Все предыдущие президенты США заботились о том, чтобы поддерживать реноме американского доллара. А его реноме – валютный курс. Трамп – первый в истории Америки президент, который сознательно добивается обратного – ослабления доллара. Для этого он требует от Федерального резерва включения печатного станка и понижения ключевой ставки.

Мне Трамп напоминает Герострата, который сжёг храм Артемиды, чтобы оставить след в истории. Своей финансовой политикой он словно стремится уничтожить Америку. Он действительно может оставить неизгладимый след в истории – как американской, так и мировой.

Еще по теме

Поддержите нас
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews
Архив