От Бога нас отделяет ложь, и только ложь… Ложные мысли, ложные слова, ложные чувства, ложные желания – вот совокупность лжи, ведущая нас к небытию, иллюзиям и отречению от Бога.

Святитель Николай Сербский

Катасонов

Современный человек, вооруженный мощной техникой и информационно-компьютерными технологиями, пытается преобразовывать окружающий мир без слова. В лучшем случае оно оказывается на сто первом месте в инструментальном арсенале неустанного покорителя природы, как «бесплатное приложение» к цифре, которая сегодня нужна человеку и для планирования конечных результатов своей деятельности (количественные показатели), и для функционирования информационно-компьютерных технологий (все они стали «цифровыми»). Итак, цифра стала и целью, и средством. Цифровому человеку и цифровому обществу слово не нужно.

О «структурной единице языка» и о Боге

Помню, еще в школе на уроках литературы мне говорили о жизненной важности языка (не только русского, а любого). Язык – важнейшее средство человеческого общения и орудие художественного творчества. Уже в институте на лекциях по философии также говорилось о невозможности существования общества без языка, поскольку он выступает средством коммуникации между людьми.

После окончания вуза мне потребовалось еще немало времени для того, чтобы понять, что и в школе, и в институте мне давали «усеченные» представления о возможностях языка. Значимость языка для жизни человека и общества намного более существенная, ведь кроме коммуникационной функции язык является также средством мышления. Более того, именно язык выступает орудием не только художественного, но и всякого другого творчества – в том числе и в первую очередь творчества в сфере материального мира. Любая созидательная деятельность в сфере экономики также зиждется на языке, на слове. Ибо слово, как отмечает «Философская энциклопедия» советского времени, – одна из основных структурных единиц языка, которая служит для именования предметов, их качеств и характеристик, их взаимодействий, а также именования мнимых и отвлеченных понятий, создаваемых человеческим воображением.

Конечно, слово – это гораздо больше, чем просто «структурная единица языка». У нас сегодня, слава Богу, есть Священное Писание, в котором однозначно говорится о том, что Слово – начало всего. Слово, оказывается, не только «структурная единица языка», но, прежде всего, Бог. Об этом говорится в первых стихах Евангелия от Иоанна: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него на́чало быть, и без Него ничто не на́чало быть, что на́чало быть» (Ин. 1:3). В Священном Писании, особенно в Новом Завете раскрывается смысл слов «Слово было Бог»Речь идет о второй ипостаси Божественной Троицы – Сыне Божием. Он имеет много названий, одно из них – Бог-Слово.

Бог творит мир посредством Слова. На протяжении шести дней творения происходит одно и то же действие: И сказал Бог. Раз Он сказал, значит использовал язык и соответствующие слова. В шестой день творения мира Бог создает человека, причем по Своему образу и подобию. А это означает, что человек получает способность творить подобно Богу. Следовательно, человек может (а, может быть, даже обязан) продолжать начатый Богом процесс творения мира, естественно, в допущенных человеку пределах. У Бога не было никаких технических средств, компьютеров и «цифровых технологий» для творения мира. Единственным средством было Слово.

Бог дал возможность человеку творить и преобразовывать мир, ибо снабдил человека языком. В главе 2 Книги Бытия Бог прямо дает человеку указание пользоваться языком (для именования всяческой живности): Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел [их] к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей (Быт. 2:19). И первый человек свои языковые способности реализовал: И нарек человек имена всем скотам и птицам небесным и всем зверям полевым… (Быт. 2:20).

Святитель Николай Сербский о созидающей силе слова

О том, какую роль слово может и должно играть в жизни человека, очень интересно говорит величайший православный мыслитель ХХ века святитель Николай Сербский. Возьму лишь одну его работу, называемую «Беседы под горой» (Перевод с сербского Натальи Феофановой. – М.: Издательство Сретенского монастыря, 2002). А в ней остановлюсь на беседе «Мир как Слово» (с. 200-209). Начинает святитель с того, что показывает, каким образом Словом был сотворен мир. Для этого он использует простые жизненные примеры, известные любому человеку:

«Наш ум спрашивает: «Как понимать, что в начале сотворения мира было Слово, и как понимать, что Слово есть Бог?» Случалось ли вам наблюдать, братья, учеников в классе, когда они тихо сидят и молча слушают учителя? Потом вдруг все одновременно встают и начинают петь? И вы спрашиваете: «Почему так получилось? Что побудило их к тому, что было началом?»

Случалось ли вам, братья, видеть армию на войне, когда тысячи солдат скрытно сидят в окопах и ни одно движение их не заметно, и ни один звук не слышен. А потом вы видите, как вдруг тысячи солдат выскакивают из окопов, начинают стрелять и с криками бросаются в атаку? И вы задаете себе вопрос: «Почему двинулись с места тысячи солдат, почему они вдруг выскочили из укрытия, начали стрелять и с криками бросились вперед? Что было причиной их внезапной атаки, стрельбы, криков и стремительного наступления?

Ответ очевиден. Слово учителя повелело ученикам в классе встать и запеть, слово генерала повелело тысячам солдат выскочить из окопов, начать стрелять и с криками броситься в наступление».

Однако слово – не только команда учителя или генерала. Слово – способ, коим человек пытается выразить свою душу. А душа, как известно, трехчастна, включает в себя чувства, волю и ум. В словах поэта, наверное, преобладают чувства, в словах военного и политика – воля, в словах ученого – ум. Впрочем, это в теории. А на практике слова любого человека содержат и то, и другое, и третье. Вот что по этому поводу говорит святитель Николай Сербский:

«Человеческий ум мучительно пытается выразить себя в словах. Человеческие чувства мучительно пытаются выразить себя в словах. Человеческая воля мучительно пытается выразить себя в словах. Вся душа человеческая, вся жизнь человеческая мучительно пытается выразить себя в словах».

Труд – слуга слова

А главное, к чему подводит святитель: слова нужны для того, чтобы готовить решения, а затем эти решения выразить так, чтобы было понятно и принимающему решение, и тем, кому оно адресовано. Если слова продуманы и правильно подобраны, то они дают толчок и самому человеку, принявшему решение, и тем, кому решение адресовано. Все приходят в движение, начинается процесс исполнения:

«Ни одно наше разумное решение не осуществится, пока не будет выражено словами…Решение лишь туман, пока слово не придаст ему форму… Пока ум не найдет слова, наш язык не двигается, наше сердце в смущении, наша воля колеблется, и вся наша душа тычется в растерянности, как слепец без поводыря. Но когда ум наш найдет слова, тогда и он, ум наш, и сердце наше, и воля наша, и вся душа наша становятся слугами найденного и рожденного слова, а машина телесная становится исполнителем и слугой слова».

Удивительно просто и точно святитель определяет, что такое труд. Труд есть исполнение слова – самого человека, который приступает к труду, или другого человека (начальника, работодателя, человека в ином качестве). Слово как старт процесса труда может быть произнесенным мысленно самому себе. Оно может быть устным или в письменной форме. Святитель пишет: «Вы говорите о труде. Но труд – это лишь слуга слова. Любое ваше действие – это лишь исполнение нашего слова».

Святитель высказывает оригинальную мысль, что способностью к слову обладают не только люди, но также животные и даже неживая природа. Слово может быть не только привычным нам набором звуков, но также сигналом, знаком. Все эти слова-сигналы и слова-знаки своим первоисточником имеют Слово с большой буквы (Бога). Несмотря на то что вся Вселенная наполнена звуками, сигналами и знаками, ни одно из творений Бога кроме человека не обладает созидающим словом: «Человек единственный на земле обладает созидающим словом».

Святитель на очень простых хозяйственных примерах показывает, что такое созидающее слово: «Хозяин велит слугам разбить на пустыре сад. И они разбивают на пустыре сад. Началом любого сада, виноградника и любого цветника является слово человека».

Завершая свои размышления о творящем (созидающем) Слове, святитель пишет: «…в слове поистине заключается начало всех и всего. Теперь уму нашему ясно, что в Слове – начало всего, что существует в жизни человека, что посредством Слова люди созидают все. И то, что является созидательной силой для человека, является и созидательной силой повсюду во Вселенной. И здесь, и там. Слово есть и начало, и средство творения».

О том, что слово человека способно быть созидающей силой лишь при опоре на Слово с большой буквы, мы читаем в Евангелии: без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15:5).

О ложных словах в нашей жизни

Простите, дорогие читатели. Начал я за здравие, а кончить придется за упокой. Поговорим о наших сегодняшних печальных делах в России.

Слово человека без опоры на Слово-Бога в лучшем случае оказывается бессильным творить, в худшем случае дает старт разрушительным процессам. О разрушительной природе слова имеется немало публикаций православных авторов, но практически все они лишь об одном аспекте проблемы – о нецензурной («ненормативной») лексике. Спору нет, сквернословие действует убийственно как на произносящего грязные слова, так и на тех, кому они адресованы. Но я сейчас не о нецензурных словах, а о словах-пустышках, словах-сорняках, словах-эвфемизмах и т.п. Одним словом, о ложных словах, которые заполнили нашу жизнь (работа, телевидение, иные СМИ, политика и т.п.).

Ложные слова не в состоянии правильно объяснить окружающий мир и события, наладить правильный процесс мышления, адекватно выразить душевное состояние того, кто их произносит (даже если он говорит сам с собой). Откуда берутся ложные слова? Люди, которые теряют связь с Богом-Словом, становятся добычей тех представителей инфернального мира, о которых Иисус Христос говорил: «Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи» (Ин. 8:44). Очевидно, что ложные слова таким людям подбрасывают отец лжи и его дети.

А могут ли ложные слова стать основой правильных решений? Конечно, нет. Слово без Бога бессильно. Оно будет просто сотрясением воздуха (устное слово) и бумагомарательством (письменное слово). Если говорить, скажем, об экономике, то это как минимум зря растраченные деньги и потерянное время, а порой и более серьезные последствия (например, смерть людей). Но, кажется, сегодня мы вступаем в новую фазу всеобщей деградации, когда часть ложных слов замещается цифрами.

Если говорить об экономике, то слова, необходимые для принятия решений и оформляющие эти решения, заменяются на «гремучую смесь» ложных слов и цифр, или словесно-цифровую абракадабру. Эта «гремучая смесь» продуцирует в головах ЛПР (лиц, принимающих решения) «идеи». А затем эти «идеи» с помощью все той же «гремучей смеси» оформляются в виде «решений». В том числе на самом высоком государственном уровне.

«Цифровая экономика РФ» как пример сегодняшней словесно-цифровой абракадабры

Чтобы не быть голословным, приведу в качестве примера одно из резонансных правительственных «решений» в сфере экономики. Речь идет о программе «Цифровая экономика Российской Федерации», которая была утверждена постановлением правительства РФ от 28 июля 2017 года. Типичная словесно-цифровая абракадабра. Перевести на русский язык ее не представляется возможным: авторы документа напридумывали такую кучу новых терминов, что ни одна шифровальная служба мира не сумеет раскрыть смысл этой эзотерической программы. Приведу начало данного документа:

«Реализация настоящей Программы осуществляется в соответствии с целями, задачами, направлениями, объемами и сроками реализации основных мер государственной политики Российской Федерации по созданию необходимых условий для развития цифровой экономики Российской Федерации, в которой данные в цифровой форме являются ключевым фактором производства во всех сферах социально-экономической деятельности, что повышает конкурентоспособность страны, качество жизни граждан, обеспечивает экономический рост и национальный суверенитет…»

Стоп! Уже здесь большой вопрос. В первом абзаце дается термин «цифровая экономика». А что это такое? Бывалые бюрократы знают, что подобные документы начинаются с раздела дефиниций (определений используемых терминов). Такого раздела нет ни в начале, ни в середине, ни в конце программы. Можно, конечно, покопаться в других нормативных документах. Такой документ имеется. В утвержденной в России «Стратегии развития информационного общества РФ на 2017-2030 годы» дано следующее определение цифровой экономики: «Цифровая экономика – это хозяйственная деятельность, в которой ключевым фактором производства являются данные в цифровом виде, обработка больших объемов и использование результатов анализа которых по сравнению с традиционными формами хозяйствования позволяют существенно повысить эффективность различных видов производства, технологий, оборудования, хранения, продажи, доставки товаров и услуг».

Как говорят, определение «ни о чем». Что такое «ключевой фактор производства»? Чтобы такое написать, надо сначала переписать все учебники по экономике, в которых уже по крайней мере в течение века говорится о том, что ключевыми факторами производства являются капитал, рабочая сила и природные ресурсы. С таким же успехом в качестве «ключевого фактора производства» можно предложить рекламу, энергосбережение, альтернативные источники энергии, нанотехнологии, водородную энергетику (ряд можно продолжать бесконечно). И назвать экономику «рекламной», «энергосберегающей», «водородной». Читатель при желании может сам продолжить это увлекательное занятие.

Чуть ниже мы находим перечень целей программы. Пощажу читателя и приведу только первую (и, надо полагать, главную) из списка цель: «создание экосистемы цифровой экономики Российской Федерации, в которой данные в цифровой форме являются ключевым фактором производства во всех сферах социально-экономической деятельности и в которой обеспечено эффективное взаимодействие, включая трансграничное, бизнеса, научно-образовательного сообщества, государства и граждан». Оказывается, главное – создание даже не «цифровой экономики», а лишь «экосистемы цифровой экономики». Забавно!

Может быть, насчет целей программы «Цифровая экономика» мы сможем найти какую-то подсказку в уже упомянутой «Стратегии развития информационного общества РФ на 2017-2030 годы»? Но с удивлением для себя я обнаружил в нем следующую формулировку: «Целью настоящей Стратегии является создание условий для формирования в Российской Федерации общества знаний». Ба! В названии «Стратегии» говорится о развитии «информационного общества», а на самом деле развивать собираются «общество знаний»! «В огороде бузина, а в Киеве дядька» – говаривал мой школьный учитель про такие «сочинения». Это даже не игра словами, в русском языке это называется словоблудием. За такое словоблудие в курсовых и дипломных работах студентам ставили двойки и даже единицы. А здесь документы утверждаются премьер-министром и президентом!

Углубляться в анализ документов боюсь, ибо это небезопасно для психического здоровья – как моего, так и уважаемых читателей. Зато программа насыщена большим количеством цифр будущих «достижений» в области «цифровой экономики». Приведу кусочек этой части программы: «успешное функционирование не менее 10 компаний-лидеров (операторов экосистем), конкурентоспособных на глобальных рынках; успешное функционирование не менее 10 отраслевых (индустриальных) цифровых платформ для основных предметных областей экономики (в том числе для цифрового здравоохранения, цифрового образования и «умного города»); успешное функционирование не менее 500 малых и средних предприятий в сфере создания цифровых технологий и платформ и оказания цифровых услуг…». И далее продолжение длиннейшего ряда цифр, и везде непременное добавление слова «успешное». Явная попытка словесную пустоту документа компенсировать гипнотическим эффектом цифр. Текстовая часть документа – яркий образчик нейролингвистического программирования (НЛП) сознания человека. А числовая – нейроцифрового программирования (НЦП). А в сумме имеем новый инструмент зомбирования, который следует назвать нейролингвоцифровым программированием (НЛЦП).

Вот такой «гремучий» симбиоз ложных слов и утопических цифр. И это на уровне правительственных программ! А что творится на «низовом уровне»? Миллионы студентов российских вузов проходят процедуру «промывки мозгов» такой гремучей смесью, из которой состоят многие учебники, по крайней мере по экономике (ибо со сферой экономического образования я тесно связан). Это есть проявление процесса окончательной утраты связи человека с Богом-Словом. А если это так, то человек окончательно утрачивает способность к творческой деятельности. А без нее никакой экономики быть не может. Словесно-цифровая абракадабра, заполняющая мозг человека и все социальное пространство, – вирус под названием «НЛЦП», который способен уничтожить остатки экономики, а затем и самого человека.

P.S. Не хотел бы заканчивать на заупокойной ноте. Возвращу читателя к первой, заздравной части статьи. Многое и в нашей личной жизни, и в обществе поменяется к лучшему, если мы будем чаще вспоминать слова Спасителя о невероятной силе слова: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас (Мф. 17:20).

популярный интернет

Еще по теме

Архив

Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews
Авиабилеты и Отели