Слово «теневой» сегодня очень популярно в российской лексике. Например: «теневой» рынок, «теневой» банкинг, «теневая» экономика. Т.е. то, что оказывается вне сферы контроля государства.

Катасонов

«Теневым» еще иногда называют то, что государство держит в секрете. Например, уже устоялось выражение «теневой бюджет» Российской Федерации, под которым понимается та часть официального бюджета, по которой статьи расходов находятся под грифом «секретно». Иногда такая секретность оправданна, она диктуется соображениями обеспечения национальной безопасности (военной, экономической, информационной). Так, в 2018 г. в бюджете Российской Федерации на засекреченные статьи приходилось 66% всех госрасходов на национальную оборону и 38% расходов на безопасность.

Но, кажется, чиновникам понравилось использовать гриф «секретно» для того, чтобы у общественности не возникало недоуменных вопросов по поводу некоторых правительственных решений и государственных расходов, которые явно не связаны с обороной и безопасностью. И, мягко выражаясь, попахивают коррупцией и бюджетными «распилами».

Если судить по бюджету на 2018 году, то засекреченными оказались 7 процентов бюджетных расходов на экономику и почти 3,5 процента — на образование и медицину. В ноябре 2017 года распоряжением председателя правительства Дмитрия Медведевагоскорпорациям было внезапно даровано право по собственному усмотрению ставить гриф «секретно» на данные о закупках и заказах. Видимо, у общественности при изучении этой информации возникало слишком много вопросов, неудобных для правительственных чиновников и их партнеров из государственных компаний.

И речь идет не только о понятных нам закупках продукции предприятий оборонно-промышленного комплекса. Это могут быть и весьма виртуальные госзаказы. Например — загадочные научные исследования в области национальной экономики, заказываемые различными министерствами и ведомствами. Казна выделяет на эти труды в общей сложности до 35 млрд руб. в год. «При этом, — как отмечается в одной публикации по „теневому бюджету“ России, — никто, кроме ведомственных заказчиков, не видит ни секретной, ни открытой части многомиллиардных изысканий. Их просто не публикуют».

В бюджете на 2019 год засекреченными оказались статьи, на которые приходится в общей сложности 17% расходов (в абсолютном выражении — около 3 трлн. руб.) Экстраполируя тенденцию нынешнего десятилетия, эксперты говорят, что в начале следующего десятилетия этот показатель может составить от 21 до 25%. Россия в ближайшее время может стать мировым чемпионом по секретности бюджетных трат.

Я не сторонник крайностей. Скажем, некоторые противники секретности бюджетных расходов ссылаются на США и называют цифры: там, мол, засекречено лишь 8% военных расходов и каких-то 2% всех расходов федерального бюджета. Но в Штатах ведь есть так называемый «черный бюджет», который часто вообще не принимается в расчет. В первую очередь — неучтенные доходы и расходы Пентагона (министерства обороны США), Центрального разведывательного управления (ЦРУ), других спецслужб. Особо секретный статус таких ведомств позволяет им заниматься финансовыми операциями в интересах так называемого «глубинного государства». А также обогащаться чиновникам этих ведомств.

Но я также против и другой крайности. Когда под видом секретности из-под контроля общественности, народных избранников (депутатов Государственной Думы), правоохранительных органов выводятся многие расходы и операции правительства. Создается идеальная почва для всяких злоупотреблений и нарушений закона. Я против такого «теневого» бюджета, который создается ради шкурных интересов правительственных чиновников и их «партнеров» из госкорпораций и прочего бизнеса.

Но Россия — уникальное государство. Помимо «теневого бюджета» в традиционном смысле (засекреченная часть официального бюджета) в России имеются еще какие-то таинственные «кошельки», имеющие статус казенных денег. Причем к этим «кошелькам» нет доступа даже у правительства. Эти «кошельки» нельзя сравнивать с «черными бюджетами» Пентагона или ЦРУ. Ведь об указанных американских «черных бюджетах» никто (за исключением узкого круга людей) не знает. А о российских казенных «кошельках» народ, народные избранники и чиновники правительства знают. Но кто и как ими распоряжается — не знают.

Чтобы не интриговать читателя, скажу, что я сейчас в первую очередь имею в виду «казенный кошелек» под названием «Роснефтегаз» (РНГ). Судя по названию, эта компания должна заниматься добычей нефти и газа. Может быть — еще какими-то операциями, связанными с углеводородным сырьем. Однако, как выясняется после изучения имеющихся в открытом доступе документов, она сама непосредственно не занимается ни разведкой, ни добычей, ни транспортировкой, ни переработкой нефти и природного газа.

РНГ публиковала отчетность о своей деятельности до 2014 года включительно. Потому перестала. Штат РНГ по состоянию на 2014 год составлял всего… 10 человек. Можно предположить, что это некая виртуальная компания, которых в России тысячи, а в мире, наверное, миллионы. Компания, вроде бы вписывающаяся, таким образом, в определение малого бизнеса.

Но РНГ, согласно последнему отчету 2014 года имел, оказывается, чистую прибыль по РСБУ, равную 184 млрд руб. А это означает, что компания РНГ, по российским меркам, относилась к разряду даже не крупного, а сверхкрупного бизнеса. Для сравнения: точно такая же прибыль в 2014 году была зафиксирована у нефтяного гиганта «ЛУКОЙЛ» (численность работников — 110 тыс. человек). А компания «Татнефть» имела прибыль 97,7 млрд руб. (при численности работников 76 тыс. человек); «Норильский никель» — 77,2 млрд руб. (численность — 82 тыс. человек) и т. д.

Последние пять лет РНГ не публикует открытых данных о своей деятельности и своем финансовом состоянии. В 2015 году РНГ стал непубличным акционерным обществом со 100-процентным участием государства. Видеть эту компанию можно, образно выражаясь, лишь в отраженном свете. Т.е. — в финансовой и иной отчетности других компаний.

Секрет уникальности РНГ прост — это своеобразный государственный холдинг, которому принадлежат крупные пакеты акций известных российских компаний энергетического сектора экономики. Прежде всего, это публичное акционерное общество (ПАО) «Нефтяная компания „Роснефть“». До марта 2013 года РНГ принадлежало 75,16% акций «Роснефти». В декабре произошла частичная приватизация «Роснефти» — 19,5% акций было продано иностранцам (швейцарско-катарскому консорциуму). После этого доля РНГ в «Роснефти» стала равна 50% + 1 акция.

Еще одна крупная часть активов РНГ — акции публичного акционерного общества (ПАО) «Газпром» (пакет величиной в 10,97%).

Третьей энергетической компанией, акциями которой владеет РНГ, является «Интер РАО» (27,63%).

Относительно акций других компаний, которые могут быть в портфеле РНГ, надежной информации нет. Когда-то (еще в прошлом десятилетии) РНГ владел 7% Каспийского трубопроводного консорциума. Еще в 2014 году проскакивала информация, что РНГ владел 74,55% ОАО «Росгазификация».

Главное, что нам сейчас интересно в рамках обсуждаемой темы, — РНГ является государственной компанией. И РНГ каждый год получает солидные дивиденды по своим акциям. Особенно значимы дивиденды от «Роснефти» и «Газпрома». Ведь эти публичные акционерные компании являются лидерами российского бизнеса по всем основным параметрам — активам, оборотам, рыночной капитализации. И, что особенно важно, — по показателю прибыли.

Чистая прибыль «Газпрома» по международным стандартам финансовой отчетности (МСФО) в 2018 году выросла в два раза по сравнению с 2017 годом и составила 1,46 трлн рублей (23,7 млрд долл.). Чистая прибыль, относящаяся к акционерам «Роснефти», за 2018 год превысила уровень показателя за аналогичный период 2017 года в 2,5 раза и составила 549 млрд руб. (8,9 млрд долл.). Чистая прибыль «Интер РАО» в 2018 году выросла на 20,9% по сравнению с предыдущим годом, до 18,94 млрд руб. (0,31 млрд долл.).

Любая публичная акционерная компания делит полученную чистую прибыль на две «кучки». Первая — на развитие компании (инвестиции в основной капитал, формирование резервов и т. д.). Вторая — дивидендные выплаты. По итогам 2018 года «Газпром» направил на выплату дивидендов 393,2 млрд руб. «Роснефть» — 274,6 млрд руб. Учитывая долю РНГ в акционерном капитале указанных двух компаний, государственный холдинг должен был получить от первой компании 43,25 млрд руб. дивидендов. А от второй — 137,30 млрд руб. Итого — около 180 млрд руб., или без малого 3 млрд долл. США.

Еще раз обращу внимание на то, что государство (в лице Росимущества) является единственным владельцем «Роснефтегаза». Поскольку РНГ не является производственной компанией, то можно предположить, что все получаемые этим государственным финансовым холдингом дивиденды перечисляются в бюджет. Дивиденды, полученные от ведущих компаний энергетического сектора государством в лице РНГ, — хорошая добавка к тем налогам, которые эти компании вносят в государственную казну в виде налогов. Получается, что государственное участие в энергетике становится хорошим подспорьем для российского бюджета. Увы, это все лишь в теории.

На днях российские СМИ, ссылаясь на бухгалтерскую отчетность компании РНГ в системе «СПАРК-Интерфакс», сообщили: государственный холдинг «Роснефтегаз», получивший в полном объеме дивиденды от «Роснефти», «Газпрома» и «Интер РАО», в свою очередь перечислил в бюджет по итогам 2018 года лишь 65,45 млрд. рублей. Т.е. — почти в три раза меньше, чем получил. По нашим оценкам, в «Роснефтегазе» тогда «застряло» почти 115 млрд. рублей.

Выясняется, что «Роснефтегаз» уже целый ряд последних лет выступает в качестве своеобразного посредника между энергетическими компаниями и государственным бюджетом. В свое время планировали такого посредника убрать. Энергетические компании должны были напрямую направлять дивиденды государства как акционера в федеральный бюджет. Но затем от планов ликвидации РНГ отказались. И превратили компанию в «черный ящик». Теперь каждый год значительная часть дивидендов, перечисляемых в РНГ, там и оседает (или застревает), не доходя до государственного бюджета. В результате к сегодняшнему дню в РНГ общий объем нераспределенной прибыли достиг 505 млрд рублей. Можно сказать по-другому: государственный бюджет недополучил доходов на сумму 505 млрд руб.

Кажется, «Роснефтегаз» окончательно выпал из правового поля Российской Федерации. РНГ превратился в какой-то офшорный фонд, находящийся в сфере мягкого (неформального) влияния Российской Федерации (а точнее — отдельных таинственных лиц, приписанных к российской юрисдикции). Впрочем, некоторые эксперты отмечают, что связь фонда РНГ с Россией остается лишь в части получения им дивидендов от российских энергетических компаний. А вот активные свои операции фонд разворачивает не в сторону России, а в противоположную сторону.

Так, на начало 2019 года 289 млрд рублей «Роснефтегаза» были вложены в «краткосрочные финансовые активы». Известно также, что по итогам 2018 года РНГ кроме дивидендных перечислений от российских энергетических компаний получил 14 млрд. рублей процентных доходов (от размещения денег на депозитах) и 48 млрд рублей «прочих доходов». Что это за «прочие доходы»? В каких банках РНГ размещает средства на депозитах? В какие бумаги инвестирует РНГ свои многомиллиардные средства? Вопросов много, ответов нет.

«Это компания (РНГ — В.К.) с особым статусом, потому что она ничего не делает, — высказался в интервью Bloomberg президент Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов. — Объяснить, зачем нужен „Роснефтегаз“, абсолютно невозможно с экономической точки зрения».

Вот уже пятый год Роснефтегаз эксперты называют «черной дырой» российской экономики. Это настолько непубличное акционерное общество, что даже государство как 100-процентный собственник в лице правительства не располагает никакой детальной информацией о деятельности РНГ. Хотя формально капитал компании принадлежит Росимуществу, но и это ведомство не может прояснить ситуацию. «Народные избранники» (депутаты Госдумы) вообще, судя по всему, «не в теме». Правоохранительные органы бездействуют. Конституционный суд, как всегда, делает вид, что ничего не происходит.

Если сейчас не навести порядка в системе государственных финансов, в том числе — не поставить деятельность РНГ на законную основу (или вообще ликвидировать эту структуру), то мы сами не заметим, как у нас вместо государственного бюджета останутся одни частные «кошельки», которыми будут управлять чиновники-казнокрады.

Еще по теме

Поддержите нас
Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews