Приближающаяся столетняя годовщина революции в России — хороший повод ещё раз задуматься над тем, почему в истории периодически происходят события, называемые «смутой», «переворотом», «революцией».

КатасоновИ первый вопрос: каковы причины того, что произошло с Россией в 1917 году? Да, есть множество книг, в которых говорится и о внутренних, и о внешних причинах, причём о причинах второго рода написано гораздо больше: об американо-еврейском банкире Якове Шиффе, который финансировал подрывную работу в России; о германском генеральном штабе, который оказывал поддержку Владимиру Ульянову-Ленину; о Троцком, который был ставленником то ли мирового сионизма, то ли англо-саксонской финансовой олигархии и т.д. и т.п.

Конечно, достаточно было сказано и о внутренних причинах. Ряд пророчеств прозвучал ещё до революции. О грядущих потрясениях в России предупреждал, например, святой праведный Иоанн Кронштадский, говоря, что русский народ стал отходить от Бога и это неминуемо лишает его небесной защиты…

В этой статье я хочу обратить внимание лишь на то, что внутренние и внешние причины революции органически взаимосвязаны, причём внутренние причины первичны. Лишь воздействуя на причины внутреннего порядка, вызывающие революцию, можно её предупредить. А всё, что можем сделать в отношении так называемых внешних причин, — это выставить им заслон. Как на государственной границе, так и в душах граждан.

Пожалуй, наибольшие разночтения в оценке причин революции 1917 года возникают у экономистов. А возникают они из-за диаметрально противоположных оценок экономического положения и экономической политики России в начале ХХ века. Одни говорят и пишут об экономическом «расцвете» России в то время, другие, наоборот, оценивают экономическое положение страны как критическое. Первые подают революцию как неожиданность (даже случайность) и всё списывают на внешние причины (мол, «англичанка гадит»). Вторые с цифрами на руках показывают катастрофическое положение в российской экономике и пытаются понять глубинные причины революционной катастрофы. Сразу скажу: лично я принадлежу ко второй группе. И попытаюсь объяснить, что происходило с экономикой России на примере политики тогдашнего министра финансов Сергея Юльевича Витте. Фигура этого деятеля в сегодняшней России – знаковая. Одни называют его «гением», ставят в один ряд с Петром Столыпиным. Другие (коих, к сожалению, меньшинство) считают, что своими реформами Витте довел Россию до революции. Второй точки зрения придерживаюсь и я.

«Золотая мышеловка» для России. Список «заслуг» Сергея Юльевича в разрушении России достаточно велик. Историки ставят обычно на первое место роль Витте в подготовке Манифеста 17 октября, подрубившего самодержавно-монархическое правление либеральной конституцией. Часто вспоминают также роль Витте в переговорах с Токио после русско-японской войны, закончившихся подписанием Портсмутского мирного договора (Россия тогда отдала Японии половину острова Сахалин, за что Витте прозвали «графом полусахалинским»). Однако это «заслуги» политического характера. А главной его «заслугой» экономического свойства стала так называемая денежная реформа 1897 года.

Сергей Витте занял кресло министра финансов в 1892 году и сразу же провозгласил курс на введение в России золотой валюты. До этого на протяжении почти века Россия формально имела серебряный рубль, что было определено Монетным уставом, принятым в начале царствования Александра I. Фактически же Россия пользовалась не металлическими, а бумажными деньгами. Об этом можно прочитать в книге известного русского экономиста Сергея Федоровича Шарапова «Бумажный рубль» (первое издание вышло в 1895 году). Идея золотого рубля пришла в Россию из Европы. Напомню, что та же Европа до наполеоновских войн жила, опираясь либо на серебряные деньги, либо на биметаллизм (одновременное использование серебряных и золотых денег). Впрочем, в ходу были и чисто бумажные деньги. Бумажные деньги – обычное дело в условиях войны. Также напомню, что Великобритания проводила свою хвалёную промышленную революцию фактически с бумажным фунтом стерлингов.

Но вот в Европе завершились наполеоновские войны, и одним из их итогов стало сосредоточение золота в руках новоявленного клана Ротшильдов. Перед этими хозяевами золота возникла задача: превратить жёлтый металл в средство обогащения. Золото должно прирастать прибылью. Так родилась идея навязать миру золотой стандарт. Суть его проста: количество денежных знаков (бумажных банкнот), выпускаемых центральными банками, должно быть привязано к запасу жёлтого металла, находящегося в подвалах этих учреждений. Увеличить предложение денежных знаков – «крови», циркулирующей в организме экономики, можно лишь увеличивая золотой запас. А его увеличить можно либо наращивая собственную добычу металла, либо поддерживая активное сальдо торгового и платёжного баланса страны. Но это не всем доступно. И тут возникает третий вариант – пополнить запас за счёт золотых кредитов. Такие кредиты под хороший процент охотно готовы предоставить хозяева золота Ротшильды. Что самое удивительное: при такой системе организации денежного хозяйства покупательная способность жёлтого металла постоянно возрастает. Фиксированному (или медленно растущему) золотому запасу Ротшильдов противостоит всё большая масса товаров. За каждую унцию жёлтого металла с каждым годом можно покупать всё большие физические объёмы разных товаров. А также «эффективно» скупать политиков, предприятия, целые государства. В этом — суть золотого стандарта!

Политики в Европе и за её пределами прекрасно понимали замысел хозяев золота, поэтому всячески уходили от предложений по введению у себя золотых стандартов. Первой «прогнулась» Англия. И не случайно: в Лондоне осел наиболее энергичный и «креативный» из пяти сыновей Майера Ротшильда – Натан. Опуская детали, скажу, что он поставил под свой контроль сначала Банк Англии, а затем и британский парламент. Последний по его указанию проштамповал закон, устанавливающий в Англии золотой стандарт (закон вступил в силу с 1821 года). Затем последовало принятие такого стандарта в главных британских доминионах – Канаде и Австралии. Затем, благодаря интригам Ротшильдов, была развязана франко-прусская война 1870-1871 годов, которая закончилась созданием единой Германии («Второго рейха»), уплатой Францией в пользу победителя контрибуции в размере 5 миллиардов золотых франков и введением с 1873 года золотой марки. Не знаю, почему Бисмарка называют «железным канцлером», он заслуживает звания «золотого канцлера». Дальше процесс распространения золотого стандарта по миру пошёл очень бодро: Франция, Бельгия, Соединённые Штаты и т.д. Европа сразу вошла в состояние экономического ступора, так как переход на золотую валюту означал сжатие денежной массы и дефляцию. С 1873 года там началась Великая депрессия, из которой удалось выбраться лишь в самом конце века. Россия тогда ещё находилась вне клуба золотого стандарта. Да и пример Европы свидетельствовал о том, что от «золотой мышеловки» следует держаться подальше.

От золотого стандарта к экономическому краху и революционным потрясениям. И вот С.Витте, став у руля Министерства финансов Российской империи, стал настойчиво загонять страну в эту самую «золотую мышеловку», используя для этого интриги, обман и поддержку «просвещённой» публики. Одним из главных «теоретиков» золотого стандарта на службе у Витте был профессор И.И. Кауфман. Надо честно признать, что в России конца XIX века было мало политиков, понимавших суть золотого стандарта и те угрозы для России, которые возникали в случае его принятия. Подавляющая часть народа в тонкости денежной реформы, которую готовил Витте, тем более не вникала. Все были уверены, что золотой рубль – это хорошо. Что с момента его введения прекратятся «танцы» с рублём, которые дестабилизировали российскую экономику; они начались еще при Александре II (тогда была введена полная валютная конвертируемость и «свобода передвижения» рубля, он стал гулять по европейским биржам и стал игрушкой в руках спекулянтов). Противников введения золотого рубля в России можно было тогда пересчитать по пальцам. Среди них – упомянутый выше С.Ф. Шарапов. К ним также можно отнести офицера (впоследствии генерала) русского Генерального штаба Александра Дмитриевича Нечволодова, убедительно и лаконично объяснившего суть золотого стандарта в своей небольшой книжице «От разорения к достатку» (за это на него обрушились репрессии петербургских чиновников). Нельзя не упомянуть в этом ряду и Георгия Васильевича Бутми, который писал статьи и выступал с речами, изобличавшими замыслы Витте и его окружения. Позднее эти статьи были опубликованы в виде сборника «Золотая валюта». Эти и другие патриоты предсказывали: если Россия будет жить в условиях золотого стандарта, экономический крах страны неизбежен. А это спровоцирует социальные волнения и политические катаклизмы, которые лишь на руку врагам России.

Так всё и получилось. Во-первых, введение золотого рубля подхлестнуло приток иностранного капитала в Россию. До 1897 года иностранцы с опаской относились к России, поскольку нестабильный рубль создавал риск валютных потерь доходов, получаемых от иностранных инвестиций в стране. Золотой рубль стал гарантией того, что иностранцы всё получат сполна и в любой момент выведут деньги из страны без потерь. В Россию потекли европейские капиталы, прежде всего из Франции и Бельгии; во вторую очередь — из Германии. Далее следовали инвестиции из Англии и США.

Сергею Юльевичу нередко ставят в заслугу то, что он подтолкнул процесс индустриализации России. Формально это так. Некоторые отрасли промышленности стали быстро развиваться. Например, производство кокса, чугуна и стали в Донецком промышленном центре или добыча золота на Ленских приисках. Однако это была индустриализация в рамках модели зависимого капитализма. Индустриализация однобокая, ориентированная на добычу сырья и производство товаров с низкой степенью обработки. Эти товары в свою очередь вывозились за пределы России, так как собственного производства конечной сложной продукции (прежде всего, машиностроения) почти не было. Причём такая кособокая индустриализация осуществлялась на деньги иностранных инвесторов.

В литературе можно встретить разные цифры, характеризующие долю иностранного капитала в российской экономике перед революцией. Некоторые говорят, что доля эта по некоторым отраслям была, мол, не такой уж высокой, но они забывают об особенностях российской статистики и российской экономики того времени. Главными акционерами во многих отраслях были российские банки, это была классическая модель финансового капитализма. А банки были «российскими» чисто формально, лишь с юридической точки зрения. По капиталу это были иностранные банки. В России в начале ХХ века в группе крупных банков значился лишь один чисто национальный (по капиталу) банк – Волго-Камский. Экономика России принадлежала преимущественно иностранному капиталу, рычаги управления империей переходили постепенно к западным королям биржи и ростовщикам.

Другим результатом реформы Витте стало резкое увеличение внешнего долга страны. Казне надо было пополнять золотой запас, который таял в результате ухудшения торгового и платёжного баланса страны. Последнее такое катастрофическое ухудшение было вызвано русско-японской войной 1904-1905 гг. и последовавшей за ней революцией 1905-1907 гг. Отмечу, что Витте сумел навязать России очень жёсткий «золотой ошейник». Если в Европе некоторые страны покрывали золотым запасом свою бумажную денежную эмиссию всего на 25-40%, то в России покрытие приближалось к 100%. У России, конечно, был источник пополнения запаса в виде собственной золотодобычи в Забайкалье и на Дальнем Востоке (до 40 тонн в начале ХХ века). Витте создал собственную систему контроля дальневосточной добычи, но интересно, что при этом значительная часть её в виде контрабанды уходила в Китай и далее в Гонконг и Лондон. В итоге основным способом пополнения золотого запаса России стали золотые кредиты Ротшильдов. Накануне Первой мировой войны Российская империя занимала в мире пятое-шестое место по многим видам промышленной и сельскохозяйственной продукции, а вот по величине внешнего долга она делила первую-вторую строчку мирового рейтинга должников с Соединёнными Штатами. Только у США внешний долг был преимущественно частный, а у России – преимущественно государственный, или суверенный. Такой долг России к середине 1914 года достиг величины 8,5 млрд. золотых рублей. Страна находилась под жёстким контролем мировых ростовщиков и рисковала окончательно утратить свой суверенитет. И всё это — благодаря стараниям Витте. Хотя он и покинул пост министра финансов в 1903 году, механизм разрушения России был запущен. Вот почему этого деятеля смело можно назвать предвестником революции 1917 года.

И не случайно одним из первых декретов Советской России стал отказ от долгов довоенного и военного времени (на начало 1918 года их сумма достигла уже 18 млрд. золотых рублей).

Популярный интернет



comments powered by HyperComments

Еще по теме

Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24lifenews
Авиабилеты и Отели