Я согласен с той точкой зрения, что в настоящее время возникает культ личности Петра Аркадьевича Столыпина. Надо просто аккуратно отделить зерна от плевел, потому что есть, действительно, сильные стороны Петра Аркадьевича, а есть слабые стороны. В частности, надо отдать ему должное, он проявил последовательность и жесткость в том, что ему удалось погасить пламя революции. Он вступил на пост председателя Совета министров, сменив на этом посту Сергея Юльевича Витте, который, собственно говоря, был либералом. Витте негодовал, даже не скажу, что неосознанно, скорее осознанно, разваливая наше государство.

КатасоновКонечно,  Петр Аркадьевич тогда спас ситуацию, сумел загасить пламя революции. Но его реформы, конечно, очень неоднозначны и противоречивы. Потому что Петр Аркадьевич считал, что Россию можно выстраивать на путях развития капитализма. И конечно, он считал, что, в частности, в России, как аграрной стране, решающую роль должны играть не крестьянские общины, а фермеры, подобные тем, которые существовали в Северной Америке и Европе. Его аграрная реформа — это как раз попытка перевести Россию на модель фермерского развития сельского хозяйства. Его грандиозная программа по переселению крестьян из центральных частей Европейской России за Урал себя не оправдала. Но он нанес достаточно серьезный удар по сельской общине.

Столыпин, по сути дела, снизил разрушительной потенциал революции 1905 года, но отчасти поспособствовал революции 1917 года. Потому что он ослабил сельскую общину, он сумел ориентировать процессы социально-имущественного расслоения в деревне, появились кулаки. Это были не фермеры, это была сельская буржуазия, которая, безусловно, требовала новых преобразований, требовала дополнительных реформ на пути развития капитализма. При этом, что касается промышленности, я не заметил, что Петр Аркадьевич как-то реформировал ее в нужном направлении.
Он был убит за несколько лет до начала Первой мировой войны, но, тем не менее, было уже понятно, что Россию ждут серьезные военные испытания. И надо было переводить нашу промышленность на военные рельсы. К сожалению, этого не было сделано. Ну и, это уже другая тема, во время Первой мировой войны, только в 1916 году, началась национализация некоторых предприятий оборонной промышленности. Но это было уже поздно, был 1916 год. Это надо было еще делать в первом десятилетии, когда у руля стоял Петр Аркадьевич.
Что касается его представлений о сельском хозяйстве, первую часть своей жизни, молодость, он провел в западных губерниях Российской Империи, там, конечно, русской общины не было в том виде, в каком она существовала в Центральной России и Заволжье. Поэтому он и думал, что у всех людей так устроено.
Он считается соперником Сергея Юльевича Витте. Некоторые вещи он считал, очевидно, неправильными, из того, что делал его предшественник. Например, золотой стандарт. Я этим занимался достаточно глубоко и серьезно. Золотой стандарт для российской экономики был золотой удавкой. Я об этом не раз говорил на «Русской народной линии». Петру Аркадьевичу рекомендовали ослабить эту золотую удавку, если вообще не отменить золотой стандарт. Он этого делать не стал. Большая часть наследства Сергея Юльевича Витте так и осталась и не претерпела изменений при Столыпине.
Если перенестись в наше время, то буквально вчера мне корреспондент «Свободной прессы» задавал подробнейшие вопросы по поводу последней программы, которую обнародовал «Столыпинский клуб». Я не буду  воспроизводить деталей, это какая-то утопия, и корреспондент 15 минут зачитывал мне тексты. У меня такое ощущение, что современный «Столыпинский клуб» — это попытка заморочить нам голову, и это часть большого спектакля.
Поскольку сейчас консерватизм стал в чести и, видимо, он финансируется из государственного бюджета, то это своего рода попытка освоить бюджет, пользуясь популярностью консерватизма. Конечно, они эксплуатируют консерватизм, я считаю, что консерватизм Столыпина явно преувеличен. Даже могу так сказать, что неоднозначным было отношение Столыпина к Союзу русского народа, другим черносотенным организациям. Где-то он шел на поводу у либералов и поддакивал их акцентам, называя монархистов реакционерами. В этом смысле он, наверное, был человеком, изначально болеющим за Россию, но немного наивным в некоторых вопросах политики. Вот такое у меня складывается впечатление.

comments powered by HyperComments

Еще по теме

Андрей Фурсов: мир будущего
Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24lifenews
Авиабилеты и Отели