Втайне от граждан России Центробанк с помощью Сбера и других «системных банков» запускает печатный станок. «Количественное смягчение» и накопление долгов «про запас» чревато инфляцией и новым обнищанием населения страны.

Словосочетание «количественные смягчения» (КС) – придумка денежных властей Запада. Она родилась в разгар финансового кризиса 2008-2009 годов. По-английски звучит так: quantitative easing (QE). Если всё называть своими словами, то КС означает денежно-кредитную политику, основанную на наращивании денежной массы с помощью «печатного станка» Центробанка. Такая политика всегда порицалась, её вредность и опасность была хорошо прописана в учебниках по экономике. Особо отмечалась такая угроза, как раскручивание инфляции и обесценение национальной валюты. 

Американский пример  

И вот в разгар упомянутого финансового кризиса Федеральная резервная система США включила «печатный станок» и стала стремительно наращивать долларовую массу путём покупки на рынке ценных бумаг – казначейских облигаций и ипотечных бумаг. Накануне кризиса активы американского Центробанка (ФРС США) составляли около 800 млрд долларов. Начатая Федеральным резервом кампания под названием КС продолжалась до осени 2014 года, когда активы ФРС выросли до 4,3 трлн долларов. Затем был перерыв. Однако в прошлом году в условиях так называемого вирусно-экономического кризиса Федеральный резерв опять включил на полную мощность «печатный станок»: на сегодняшний день активы ФРС США достигли 7,6 трлн долларов. Правда, почему-то денежные власти США в настоящее время термин КС перестали использовать. Но это ничего не меняет: мы видим ту же порочную политику, которая зиждется на использовании «печатного станка». За период с конца 2007 года по начало 2021 года активы ФРС США выросли в 9,5 раза. За тот же период активы ЕЦБ увеличились в 4,53 раза, у Банка Японии – в 6,8 раза, у Народного банка Китая – в 2,57 раза. 

Фото: Скриншот страницы fred.stlouisfed.org

Наращивание денежной массы происходило преимущественно путём скупки центробанками ценных бумаг – самых разных: государственных и корпоративных облигаций, ипотечных бумаг и даже акций (последним видом бумаг увлекается Национальный банк Швейцарии). Но всё-таки главную часть портфелей центробанков занимают долговые бумаги казначейств. Так, на балансе ФРС США облигации Казначейства США в конце лета 2019 года составляли сумму около 2 трлн долларов. На конец первого квартала 2021-го в портфеле Федерального резерва объём этих бумаг достиг 4,94 трлн долларов.  

Российский опыт

А как обстоят дела в России? Банк России говорил и продолжает говорить, что никаких количественных смягчений не проводит и необеспеченных рублей на своём «станке» не печатает. То есть проводит взвешенную, немягкую и нежёсткую политику. Мол, занимается «таргетированием инфляции», причём стремится инфляцию минимизировать.    

Заглянем в годовой отчёт Банка России за 2019 год (последний на сегодняшний день). В активах Центробанка позиция «Долговые обязательства Правительства Российской Федерации» равняется 317,9 млрд рублей. Это составляет лишь 0,78% всех активов Центробанка. Из них на самые распространённые государственные бумаги – ОФЗ (облигации федерального займа) пришлось 212,9 млрд рублей, или 0,52% активов. Такую долю можно образно назвать «гомеопатической».

До прошлого года, действительно, Банк России нельзя было заподозрить в проведении мягкой и, тем более, сверхмягкой денежной политики. Но в 2020 году многое в политике денежных властей (ЦБ и Минфина) поменялось. В связи с так называемой пандемией COVID-19 и спровоцированным ею экономическим кризисом. Следствием этого стало превращение федерального бюджета из профицитного (в 2019 году) в дефицитный, причём бюджетная дыра по итогам прошлого года составила 4,1 трлн рублей, или 3,8% ВВП.

Минфин и раньше каждый год занимался размещением рублёвых и валютных облигаций, но в 2020 году из-за рекордно большой бюджетной дыры стал делать это особенно энергично. Причём в силу такого фактора, как действующие и возможные новые экономические санкции Запада, особый упор стал делать на рублёвые бумаги – ОФЗ. Ситуация для Минфина ещё более усугублялась тем, что иностранные инвесторы, которые раньше с большим аппетитом поглощали большие порции новых выпусков рублёвых бумаг, теперь стали осторожничать (опасаясь ужесточения санкций по российскому долгу). Доля нерезидентов в общем объёме выпущенных ОФЗ, по данным Банка России, за последний год снизилась с 25% до 21%.

По сведениям Банка России, в прошлом году размещено ОФЗ на сумму 5,3 трлн рублей. Что даже заметно больше дефицита бюджета по итогам 2020 года, то есть деньги заимствовались Минфином «про запас». Основными покупателями новых выпусков ОФЗ в прошлом году стали системно значимые кредитные организации (СЗКО). Это 12 банков. В список СЗКО входят государственные Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк, Россельхозбанк, «Открытие», Промсвязьбанк; частные Альфа-банк, Московский кредитный банк (МКБ), Совкомбанк, а также «дочки» иностранных организаций – Райффайзенбанк, Росбанк и «Юникредит». Всего на долю 12 системно значимых кредитных организаций приходится около 74% совокупных активов всех российских коммерческих банков.

По данным только что опубликованного Банком России Аналитического обзора российского финансового сектора и финансовых инструментов, по итогам 2020 года СЗКО скупили 46% сделанных в течение года выпусков ОФЗ (получается сумма 2,44 трлн рублей). Причём, если в первой половине прошлого года эта доля была существенно ниже среднегодового показателя, то во второй половине года она стала быстро нарастать. В сентябре-декабре 2020 года эти банки выступали основными покупателями на аукционах ОФЗ, приобретя 89% размещённого в эти месяцы объёма. 

Конечно, даже среди 12 системно значимых кредитных организаций особенно выделяются такие покупатели ОФЗ, как Сбербанк и ВТБ. Крупнейшим инвестором в ОФЗ является Сбербанк. В его портфеле таких бумаг на 2,4 трлн рублей. На начало 2021 года Сбербанк держал на балансе 18% всех ОФЗ в обращении. У ВТБ на балансе ОФЗ на сумму 900 млрд рублей. На два указанных банка приходится примерно четверть всех бумаг ОФЗ в обращении. И скорее всего, эта доля будет нарастать.

Согласно закону о федеральном бюджете на 2021-2023 годы, дефицит бюджета сохранится. Так, в 2021 году запланирован дефицит бюджета 2,75 трлн рублей (2,4% ВВП), в 2022-м – 1,25 трлн рублей (1%), в 2023-м – 1,41 трлн рублей (1,1%). Итого, за три года запланировано увеличение государственного долга на сумму 5,41 трлн рублей. Можно предположить, что примерно в таком объёме Минфин должен будет осуществить эмиссию и размещение своих бумаг. Евробондов (валютных облигаций), скорее всего, не будет. Ставка будет сделана на рублёвые бумаги – ОФЗ.

Мало того, что надо будет разместить новые выпуски ОФЗ на астрономическую сумму. Придётся ещё замещать нерезидентов, которые в первом квартале 2021 года ещё более дружно покидали российский рынок, выходя из государственных бумаг. По предварительным данным, в марте нерезиденты продали государственных бумаг на сумму около 100 млрд рублей. На конец квартала на руках у нерезидентов ещё оставалось ОФЗ на сумму около 3 трлн рублей, распродажи продолжатся. По некоторым данным, ОФЗ на сумму 1,58 трлн рублей принадлежат трём крупным нерезидентным структурам – американской, британской и бельгийской. Причём последние две – дочерние структуры транснациональных финансовых холдингов со штаб-квартирами в США. Это означает, что, в случае введения жёстких санкций администрацией Джо Байдена, ОФЗ на сумму более полутора триллионов рублей могут быть сброшены в один момент. 

Сбер начинает, выигрывает и вывозит

Кто будет покупать астрономические суммы ОФЗ с первичного и вторичного рынков бумаг? В ЦБ и Минфине не волнуются: покупателями будут системно значимые банки, особенно Сбербанк и ВТБ. Но захотят ли они это делать? Ведь они коммерческие организации, заточенные на прибыль. Но именно поэтому, как считают на Неглинке (ЦБ) и на Ильинке (Минфин), «системно значимые» и будут покупать ОФЗ. Может быть, и так (особенно если будут эмитироваться ОФЗ не с фиксированным, а плавающим купоном). Но ведь потребуются немалые деньги для покупки. Да, ещё в 2019 году у коммерческих банков была избыточная ликвидность (которая в основном складировалась на депозитах Центробанка), но в прошлом году (в условиях вирусно-экономического кризиса) она быстро испарилась. Вот в прошлом году Банк России и вспомнил, что он – «кредитор последней инстанции».

И начал щедрое кредитование банков (естественно, не всех, а «системно значимых»). Преимущественно это кредиты РЕПО (РЕПО условно может рассматриваться как краткосрочный заём денежных средств под залог ценных бумаг). Центробанк предоставляет кредит под залог ценных бумаг, имеющихся у коммерческого банка; последний на полученные деньги приобретает облигации Минфина; под приобретённые государственные бумаги берёт новый кредит у Центробанка и на них вновь покупает бумаги Минфина и т.д. Из кредитов и ценных бумаг выстраивается некая пирамида, у которой вершина находится внизу, а сама она расширяется вверх. Некоторые полагают, что она может расширяться до бесконечности…

На встрече топ-менеджеров банка ВТБ с журналистами в конце марта глава кредитной организации Андрей Костин разоткровенничался:

Мы предлагали Министерству финансов РФ, правительству, мы высказывали неоднократно публично, что мы считаем, что российское правительство может увеличить заимствования и таким образом увеличить свои расходы на те же национальные проекты, на цели развития. У нас внутренний долг, вообще долг государства, даже при всех нынешних пиках соответствует 20% ВВП, чуть больше сейчас. По методике Международного валютного фонда, до 40% страны с переходной экономикой могут (увеличивать долг – В.К.), то есть Россия вполне ещё может направить 10-15 трлн рублей в государственный долг, в рублёвый. Нам в общем-то необязательно делать международные заимствования.

И подытожил:

В принципе увеличивать портфель (ОФЗ – В.К.), притом что не требуется капитала, можно до бесконечности.

Костин раскрыл страшную тайну: наращивать эмиссию ОФЗ можно до бесконечности. И ВТБ (как и любой другой «системно значимый банк») готов «подставить плечо» Минфину по той причине, что для этого «не требуется капитала». Ибо ЦБ в этой схеме готов «подставить плечо» коммерческим банкам в виде кредитов. И накапливаться ОФЗ будут не в портфеле Центробанка (схема ФРС, ЕЦБ и других западных Центробанков), а в портфелях «системно значимых банков». О своей готовности подставить плечо Минфину ещё ранее, в феврале, заявил глава Сбербанка Герман Греф: его банк готов «спокойно покрыть потребности» бюджета.

Но вообще-то, создаваемая Центробанком схема взаимодействия с СЗКО очень напоминает зловещую конфигурацию Федеральной резервной системы США. ФРС США представляет собой систему из 12 Федеральных резервных банков (ФРБ), а у нас под Банком России – 12 «системно значимых кредитных организаций». Кстати, в США все 12 ФРБ формально равны. Но как в повести Джорджа Оруэлла «Скотный двор» «все животные равны, но среди них есть особенно равные», так и в банковской системе США. Среди 12 ФРБ есть один «особенно равный». Это Федеральный резервный банк Нью-Йорка. На него приходится примерно половина всех активов ФРС США. Также и в банковской системе России. Среди 12 СЗКО есть «особенно равная» кредитная организация. Это Сбербанк.

В прошлом году Сбербанк получал обильную подпитку от Центробанка в виде кредитов РЕПО и на эти деньги приобретал новые выпуски ОФЗ. Для того чтобы ни у кого не возникало сомнения в праве Сбербанка на «усиленное питание», в российское законодательство внесены некоторые добавления. Так, в Федеральном законе о Банке России в статье 46 появился мало кем замеченный «довесок»:

В целях поддержания стабильности банковской системы и защиты законных интересов вкладчиков и кредиторов Банк России на основании решения Совета директоров вправе предоставлять субординированные кредиты (депозиты, займы, облигационные займы) открытому акционерному обществу «Сбербанк России».

Какие ещё нужны доводы для того, чтобы никто не сомневался в аксиоме, что Сбербанк – «особенно равный» в банковском мире?  

У нас на протяжении многих лет бытовало мнение, что денежные власти в России, как и в большинстве других стран мира, – дуумвират двух институтов – Центрального банка и Минфина. Это заблуждение. В сегодняшних условиях денежные власти России – триумвират, включающий, кроме ЦБ и Минфина, ещё и Сбербанк. И в рамках этого триумвирата выстраивается схема «теневого количественно смягчения»: Минфин будет накапливать долги, Центробанк – печатать деньги, а Сбербанк – накапливать государственные долговые бумаги. Для последнего – дело крайне выгодное: безрисковое получение прибыли. Со временем «теневые количественные смягчения» могут превратиться в основной источник прибыли Сбербанка. Вашингтон против такой схемы возражать не должен. Ведь почти половина этой прибыли будет уходить в карман американских акционеров Сбербанка.

Еще по теме

Поддержите нас
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews