Где разведка, там и война. Или подготовка к войне. В этом смысле финансовая разведка не является исключением. Финансовая разведка — феномен новейшей истории. Она появилась тогда, когда в мире началось стремительное развитие финансового сектора, финансовых рынков и финансовой взаимозависимости государств. Толчком такому гипертрофированному развитию финансов послужил отказ от привязки денег к золоту, когда Федеральная резервная система США включила на полную мощность «печатный станок» и бумажный доллар стал заполонять весь мир. Этот процесс начался на рубеже 60−70-х гг. прошлого века.

КатасоновДо этого в условиях промышленного капитализма первичным был сектор реальной экономики, который определял ситуацию в сфере финансов. В новейшей истории, где промышленный капитализм был замещен финансовым, все было поставлено с ног на голову: теперь мир финансов, напрямую подконтрольный «хозяевам денег», стал определять состояние реальной экономики. Для того, чтобы «хозяева денег» могли эффективно управлять мировой экономикой, им потребовался такой институт, как финансовая разведка. Нет ничего удивительного в том, что финансовая разведка зародилась в США — там, где находится «печатный станок» Федерального резерва. С самого начала финансовая разведка США была задумана как инструмент, помогающий более прицельно управлять денежными (в первую очередь, долларовыми) потоками и более точно наносить удары по заданным целям (национальным экономикам, отдельным отраслям и секторам, банкам и компаниям, национальным валютам и т. п.).

 Зародышем нынешней финансовой разведки США стало созданное в 1961 году в структуре министерства финансов США разведывательное подразделение появилось, которое называлось Управлением национальной безопасности (Office of National Security). В 1977 оно было переименовано в Управление разведывательного обеспечения (Office of Intelligence Support). В декабре 2004 года оно получило своё нынешнее название — Управление по борьбе с терроризмом и финансовой разведки (Office of Terrorism and Financial Intelligence — OTFI). Состав управления и набор функций указанного управления на протяжении всех лет непрерывно расширялись. Как следует из самого названия, перед Управлением стоит задача отслеживания финансирования терроризма. Также ведется отслеживание финансирования разработки и распространения ядерного оружия за пределами стран, составляющих «ядерный клуб». Кроме того, по всему миру осуществляется выявление разных преступлений в сфере финансов (нарушение законодательства США и международных конвенций и соглашений, в которых участвуют Соединенные Штаты). Основное внимание уделяется таким преступлениям, как отмывание грязных денег. С этой целью Финансовая разведка США тесно взаимодействует с международной Группой разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег — ФАТФ (Financial Action Task Force on Money Laundering — FATF).

В последние годы все больший удельный вес в деятельности OTFI стал занимать контроль за ходом реализации экономических санкций, вводимых Вашингтоном в отношении других государств, отдельных компаний, банков, физических лиц. Особое внимание управление уделяет выявлению тех активов, которые могут принадлежать различным нарушителям с целью наложения на них арестов. Этим занимается в рамках OTFI управление контроля иностранных активов (Office of Foreign Assets Control). Со временем в OTFI появилось специальное подразделение, которые стало заниматься не информационно-аналитической работой, а более прикладными вопросами — наложением арестов и конфискацией активов. Оно называется Исполнительным бюро конфискации активов (Treasury Executive Office for Asset Forfeiture).

Примечательно, что на сегодняшний день США являются единственной в мире страной, у которой в составе Министерства финансов имеется разведывательное подразделение (в некоторых странах есть что-то наподобие финансовых разведок, но эти службы находятся вне Минфинов). OTFI входит в состав Разведывательного сообщества США (всего в нем 16 разведывательных служб). OTFI считается одной из наиболее элитных служб в составе Разведывательного сообщества. Директор OTFI по своему статусу является заместителем министра финансов США (Assistant Secretary) и назначается на должность президентом с согласия Сената. Этот пост занимает Сигал Манделкер (Sigal Mandelker). Эта дама по образованию и опыту работы является юристом. В марте 2017 года Дональд Трамп рекомендовал ее на указанную должность, в июне Сенат одобрил ее кандидатуру.

Ключевое подразделение в рамках OTFI — Управление по финансовым преступлениям и финансированию терроризма (Office of Terrorist Financing and Financial Crimes) в настоящее время возглавляет Маршалл Биллингслея (Marshall Billingslea), который имеет ранг помощника министра (Assistant Secretary) и является вторым человеком в Финансовой разведке. Также рекомендован на этот пост лично президентом. До этого занимал различные должности в Министерстве обороны США.

Постепенно все больший удельный вес в деятельности Финансовой разведки занимают вопросы, связанные с экономическими санкциями США против других стран и отдельных физических и юридических лиц-нерезидентов. На данный момент санкции США действуют, по крайней мере, в отношении 20 стран. Некоторые из них являются тотальными (распространяются на всю экономику страны), другие являются частичными (отдельные сектора и отрасли), третьи — «точечными» (в отношении конкретных компаний, банков, физических лиц, морских и воздушных судов). Раньше Финансовая разведка в основном отслеживала, насколько эффективны те или иные введенные санкционные меры Вашингтона, и выявляла нарушителей санкционных предписаний. Однако в последние годы, особенно при нынешнем президенте Трампе Финансовая разведка начинает действовать более активно и наступательно. А именно вырабатывать рекомендации относительно того, какими должны быть новые санкции. Финансовая разведка начинает работать не столько на оборону, сколько на наступление. Если все называть своими именами, то — на финансовую войну.

Разработка пресловутого «Кремлевского доклада», согласно принятому в августе прошлого года американскому закону «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (CAATSA), была поручена ряду ведомств и организаций, но ключевая роль в выполнении этого поручения была отведена Финансовой разведке США. На протяжении полугода OTFI работало очень напряженно. Судя по многочисленным комментариям экспертов, впервые Финансовой разведке было дано такое масштабное задание. Если кратко охарактеризовать суть задания, то OTFI должно было разработать план финансовой войны против России.

Правда, в последний момент в высших эшелонах власти США произошел таинственный сбой: как отмечают «посвященные» эксперты, обнародованная версия «Кремлевского доклада» оказалась резко отличной от того документа, который был подготовлен Финансовой разведкой. Тем не менее, работа проделана не зря. Согласно некоторым утечкам информации, сформирована база данных на пятьдесят тысяч физических и юридических лиц — российских резидентов. Таким образом, «боеприпасов» для дальнейшего ведения войны против России более чем достаточно. Да и сам план финансовой войны, подготовленный OTFI, с грифом «совершенно секретно» остался в сейфах руководителей Белого дома, Минфина, ЦРУ, других «компетентный» американских ведомств. Его в архив никто не списывал.

Сегодня уже никто не отрицает, что мир вступил в новую «холодную войну». Предыдущая, которая началась сразу же после второй мировой войны, велась одновременно по нескольким направлениям. Каждому соответствовал свой вид войны. Были войны: информационная, психологическая, торговая, экономическая, войны спецслужб и т. п. В тогдашних реестрах войн финансовой войны не значилось. И это понятно, поскольку, как мы отметили выше, финансы занимали подчиненное место по отношению к реальной экономике и товарной торговле. А вот на нынешнем витке «холодной войны» финансовые войны могут оказаться на самом первом месте. Конкурируя, может быть, лишь с таким новым видом, как кибервойны. И в Вашингтоне делают ставку на финансовые войны.

Некоторые эксперты полагают, что Вашингтон развязал себе руки для ведения финансовых войн событиями 11 сентября 2001 года. Вскоре после них, как известно, в США был принят закон под названием Patriot Act. Многие статьи этого экстерриториального закона можно использовать в качестве карательные оружия даже без введения экономических санкций. Так, статья 301 позволяет уничтожить любой банк на планете под предлогом того, что он участвует в финансировании терроризма. Особо серьезных доказательств при этом не требуется. О том, что Patriot Act легализовал финансовые войны США против других стран, очень убедительно пишет Хуан Зарате(Juan Zarate) в книге «Война казначейств: вступление в новую эру финансовой войны», вышедшей в 2013 году. Автор знает, о чем пишет, ибо достаточно долго был высокопоставленным чиновником Белого дома и Казначейства США. В своей время активно участвовал в создании Финансовой разведки США. Кстати, в книге приводится очень простая мысль, почему финансовые войны некоторым истинным хозяевам Америки предпочтительнее, чем «горячие». Принятие решений о начале вторых (или присоединении к ним) находится вне компетенции президента США. Решения о «горячих» войнах принимаются Конгрессом США. А вот финансовые войны можно развязывать и вести без особых на то «отмашек» со стороны правительства, конгресса и президента. Более того, финансовые войны планируются и проводятся в тайне от большинства государственных чиновников. О них, как пишет Х. Зарате, как правило, не знает подавляющее большинство членов Конгресса (за исключением комитета по разведке Сената США).

Вот некоторые штрихи, показывающие как Вашингтон разворачивался и продолжает разворачиваться в сторону финансовой войны. В 2011 году известный американский финансовый аналитик Джеймс Рикардс (35-летний опыт работы на Уолл-стрит) выпустил книгу «Валютные войны». Там есть один любопытный сюжет, имеющий отношение к нашей теме. В 2009 году Пентагон в пригородах Вашингтона в секретной лаборатории прикладной физики организовал финансовую военную игру. Главные участвующие стороны войны — США, Россия и Китай. Правила исключали использование «горячего» оружия. Допускалось применение лишь таких средств ведения войны, как акции, облигации, валюты, биржевые товары (коммодити), деривативы и золото. В игре было задействовано около 40 игроков, которые были разделены на шесть команд. За действом наблюдали 60 участников, включая военнослужащих, гражданских чиновников военного ведомства, представителей Казначейства, Федерального резерва, ЦРУ и других правительственных учреждений, аналитических центров и университетов, а также специалистов финансовой индустрии. Отрабатывались различные сценарии геополитических событий (например, вторжение Китая на Тайвань, крах Северной Кореи), также «апокалиптический» сценарий краха долларовой системы.

Позднее в одной из своих публикаций Джеймс Рикардс сообщил, что в мае 2015 года Пентагон повторил финансовую военную игру, в которой он также был приглашен принять участие. На этот раз эта игра проходила в самом Пентагоне. Сценарий новой игры не был таким глобальным. Отрабатывались оптимальные способы блокирования поставок энергоносителей в случае американо-китайского конфликта в Южно-Китайском море. Также отрабатывались эффективные методы нарушения работы банков. Серьезный упор был сделан на проработку запрета использования системы SWIFT. Как отмечает Рикардс, он вынес из той игры урок, что будущие войны будут вестись в киберпространстве с использованием цифровых технологий, применяемых к платежным системам, таким как SWIFT, FedWire, MasterCard, Visa и Europe Target2. Последняя из названных платежных систем является европейской, она обслуживает транзакции в европейской валюте евро. Это означает, что те, кто рассчитывает, что уход из доллара США в евро спасет их от тяжелых последствий финансовой войны, развязанной Вашингтоном, глубоко ошибаются. Вашингтон в своих планах исходит из того, что он сможет наложить свою лапу на платежную систему Europe Target2.

Судя по тональности статей Джеймса Рикардса, он не сторонник развязывания финансовых войн, полагая, что «эффект бумеранга» для Америки может оказаться смертельным. И никакие самые хитроумные игры и учения не в состоянии предусмотреть всех последствий финансовой войны. Чувствуется, что Джеймс Рикардс не очень верит в благоразумие нынешней вашингтонской администрации. И с учетом этого дает некоторые рекомендации (причем, как можно понять, они адресованы не только американцам, но также гражданам других стран, включая Россию): необходимо иметь твердые активы в физической форме, которые не могут стать целью цифровых атак. К таким активам относятся, в частности, наличные деньги и физическое золото и серебро. Это то, что невозможно стереть с помощью цифровой атаки или заморозить, когда работа системы платежей оказывается нарушена.

Как видим, все больший интерес к теме финансовых войн проявляет Пентагон. Под его крылом находится 8 разведывательных служб (т.е. половина всех служб, составляющих Разведывательное сообщество США). Наиболее тесно с Финансовой разведкой США по теме финансовых войн взаимодействуют такие службы Министерства обороны, как Разведывательное управление министерства обороны — РУМО (Defense Intelligence Agency) и Агентство национальной безопасности — АНБ (National Security Agency). В 2010 году в вооруженных силах Америки было создано Кибернетическое командование США (United States Cyber Command). Несколько позднее в Пентагоне было создан специальный Разведывательный центр киберопераций (Cyber Warfare Intelligence Center). Перед кибервойсками США ставится задача выведение из строя систем управления компаниями, производственными объектами, банками, национальными и международными платежными системами противника.

Надо сказать, что идеи финансовой войны против России и других «неправильных» стран находят поддержку у отдельных политиков и в Европе. Особенно в Великобритании, которая привыкла действовать достаточно синхронно с США по части экономических санкций. Старший вице-президент Центра анализа европейской политики, а также редактор британского журнала The Economist Эдвард Лукас в феврале нынешнего года предложил странам НАТО и другим союзникам Вашингтона проводить нечто вроде «учений» по ведению экономической и финансовой войны против России. «Я предлагаю проводить финансовые учения… Предложенные мной финансовые тренировки стали бы военными играми, но без применения обычных вооружений. Мы собираем команды ответственных лиц принимающих решения и отрабатываем быстрое замораживание и захват российских активов в ответ на какой-либо опасный или провокационный шаг Кремля», — пишет Лукас.

Готова ли Россия к тем испытаниям, которые могут возникнуть при развязывании против нее полномасштабной финансовой войны? — Не уверен. Вопрос о том, что нам надо предпринять для эффективного противодействия такой войне, выходит за рамки данной статьи. Отмечу лишь, что нам в России необходима служба, аналогичная американскому OTFI. Но если американская служба сегодня все более напоминает инструмент войны и агрессии, то нам нужна Финансовая разведка как инструмент эффективной обороны.

популярный интернет


Еще по теме

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar
  Subscribe  
Notify of
Популярное Видео



Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews
Авиабилеты и Отели