МИХЕЕВ: Ну да, каспийское сотрудничество идет полным ходом. Но вот что все это значит – покажет время на самом деле, потому что, с одной стороны, действительно, достаточно долго определялся правовой статус Каспия – переговоры длились больше 20 лет, потому что раньше Каспийское море делилось между двумя странами: большая часть принадлежала Советскому Союзу, а меньшая часть – на юге Каспия – контролировалась Ираном. И по этой линии разграничения на юге Каспия, собственно говоря, Каспийское море и делилось. После распада Советского Союза возникли 5 новых государств. Вернее, так: Иран так и остался на своем месте, а на месте Советского Союза возникли 4 новых государства: Российская Федерация, Азербайджан, Казахстан и Туркменистан. В итоге получилось, что 5 независимых государств выходят к Каспийскому морю.

Михеев СергейСергей Михеев: железная логика 13.08.2018На мой личный взгляд, тогдашнее руководство страны в 90-е годы упустило шанс решить этот вопрос в собственную пользу, я имею в виду разделы Каспия, потому что тогда это можно было сделать легче, и пошло по пути заключения двухсторонней договоренности с ближайшими соседями, а именно – с Казахстаном и Азербайджаном. И, в общем-то, Казахстан, Россия и Азербайджан поделили северный Каспий, а на юге Каспия “висело” состояние неопределенности. В результате начался переговорный процесс, который длился очень долго, потому что сторонам согласовать свои позиции было крайне сложно. Иран выступал с тех позиций, что, мол, вы там распались (имелся в виду Советский Союз), но это – ваши проблемы, а мы, иранцы, не хотим иметь меньше, чем мы имели раньше, то есть, может быть, мы готовы иметь больше, говорил Тегеран, но меньше уж точно никак не готовы. В общем, в этом подходе была своя логика, но именно позиция Тегерана стала одной из самых больших проблем при определении правового статуса Каспия, потому что иранцы настаивали на своем. И эти переговоры, с разной степенью сложности, длились много-много лет.

Смысл какой в разделе? В определении границ и разделе водных поверхностей, а самое главное – в разделе права добывать природные ресурсы со дна Каспийского моря. Это нефть, это газ, который в южном Каспии есть. Ну, в северном Каспии он тоже есть, но там меньше, и там нефть более тяжелая и грязная, более загрязненная. Это и природные ресурсы, водные, биосферы и прочее-прочее-прочее.

Вот эти переговоры длились очень много лет, и вот сейчас на саммите в Актау вроде бы удалось заключить конвенцию о правовом статусе. Хотя я бы не назвал ее окончательной, потому что, да, страны договорились о том, что территориальными водами будут считаться 15 миль от берега, потом еще 10 миль – экономической зоны, но по всем остальным вопросам, а именно по разделу дна Каспия, разделу водной поверхности, видимо, еще переговоры будут идти достаточно много лет. И, с одной стороны, эта конвенция является шагом вперед, хотя бы потому, что 5 стран выработали такой компромиссный статус Каспия как водоема. Известно, что существует морское право, определяющее статус морей, и международное право, определяющее статус трансграничных озер, то есть тех больших озер, по которым проходит граница. На саммите в Актау лидеры 5 государств изобрели новую формулу – что Каспийское море – это и не море, потому что оно является закрытым водоемом и с другими морями не соединяется, но и не трансграничное озеро, потому что оно слишком большое для того, чтобы там действовало право, касающееся трансграничных озер. Вот этот некий новый статус придется затем оформлять целым рядом договоренностей, регулирующих такое юридическое изобретение глав 5 государств. Видимо, это будет продолжаться достаточно долго.

популярный интернет


Еще по теме

Комментарии:

Популярное Видео



Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews
Авиабилеты и Отели