Всё об украинской «блокаде Донбасса» могут рассказать лозунги, выдвинутые в контексте её реализации. «Нельзя торговать с агрессором», — говорят организаторы блокады. Правильное, заслуживающее поддержки и уважения, утверждение. Но кто у нас агрессор?

Ростислав ИщенкоКак известно, ДНР/ЛНР, по версии Киева «временно оккупированные территории». «Оккупируют» их «российско-террористические войска». То есть, «агрессор» — Россия, опирающаяся на местных «террористов-сепаратистов». Местное население, опять же по версии Киева, мечтает вернуться в состав «великой, европейской, демократической украинской державы».

Киев регулярно заявляет, что готов реинтегрировать эти территории в течении 48-72 часов, с того момента, как Россия прекратит поддержку «сепаратистов» и обеспечит «первой армии Европы» контроль над границей, добиться которого самостоятельно ВСУ не в силах – «террористы-сепаратисты» мешают. Следовательно, «агрессор», с которым нельзя торговать – Москва. При этом, все дороги, ведущие в Россию, остаются свободными, а блокируется, «желающий вернуться в состав Украины», Донбасс.
Элементарная логика подсказывает, что дело не в Донбассе и не в России, а во внутриукраинских взаимоотношениях.

Торговля с Донбассом, позволявшая выживать остаткам украинской экономики, дававшая ежегодно миллиард долларов в бюджет «европейской державы» и обеспечивавшая работу украинской энергетики, была ли едва ли не последним стабилизатором режима Порошенко. Для сравнения, МВФ дал Украине (в сентябре 2016) миллиард долларов за период с июля 2015 года и по сей день. И неизвестно даст ли ещё что-то. Пока как-то не получается, хоть украинское руководство и ожидало следующий транш ещё в ноябре того же 2016 года и продолжает ждать в каждом очередном месяце.

При этом из 12,5 миллиардов долларов кредитов, выданных МВФ Украине с 2014 года, 10,5 миллиардов долларов были возвращены Фонду в качестве выплат по предшествующим кредитам. То есть, налоги с ДНР/ЛНР за 2014-2016 годы дали Киеву сумму, сравнимую с чистым позитивным сальдо от кредитов МВФ. Разница лишь в том, что налоги – не кредиты – их возвращать и проценты по ним платить не надо.

Блокада Донбасса лишает Порошенко данного стабилизатора. Резко ухудшается финансово-экономическое положение Киева, растёт социальная напряжённость. Беспомощность властей подвигает население к задумчивости. Напрашивается простой вывод: если эта власть не справляется – её надо поменять на более эффективную.

Собственно в этом и заключается цель блокады – создать режиму Порошенко нетерпимые условия существования. Заставить Петра Алексеевича или уйти по-хорошему, или столкнуться с «волной народного гнева», которая сметёт его по-плохому. Причём далеко не так благостно, как его недалёкого, но везучего предшественника.

Может ли Порошенко преодолеть этот кризис. Теоретически да. Но такой вариант мы не рассматриваем, поскольку особенности характера Петра Алексеевича, его деловые качества и уровень интеллекта, проявившиеся в как в период президентства, так и в ходе всей его предыдущей политической деятельности, не дают оснований для оптимизма.

Во-первых, Порошенко верит в свою богоизбранность и считает, что «солнце Аустерлица» будет светить ему вечно.

Во-вторых, он не политик, а барыга, рассматривающий любой политический пост, как механизм, обеспечивающий увеличение его доходов путём отъёма в свою пользу чужой собственности и ограбления бюджета. То есть, взять на себя ответственность за политическое решение, за которым нет немедленной капитализации, а виден только риск, и перейти Рубикон, как Цезарь, или расстрелять роялистов из пушек, как Бонапарт, заливший кровью и заваливший телами «рассерженных Парижан» паперть церкви Святого Рока, Порошенко не способен. Сложные политические комбинации и рискованные решения лежат за пределами возможностей его интеллекта.

Приказ ликвидировать хоть бы даже и всё население Украины, если это принесёт ему лишний доллар за каждый ящик шоколадок, он отдаст не задумываясь, но он не способен адекватно оценить политическую ситуацию, избрать рискованный, но сулящий выигрыш, путь и, главное, добиться выполнения своих приказов командой, которая пришла воровать, а не воевать и просто не контролирует силовые структуры.

В-третьих, если даже случится чудо и Петру Алексеевичу удастся принять и реализовать нестандартное решение или оппоненты окажутся ещё более импотентными, чем он (в это не верится, но в условиях Украины возможно и такое), или просто звёзды сойдутся благоприятным для него образом – это будет лишь отсрочка неизбежного до осени, но не выход из кризиса и не стабилизация власти.

Бонапарт, если бы не проиграл войну с Россией, мог бы править пожизненно и наследственно – у него была поддержка населения. Директория, которую он сверг, имела шансы пережить переворот 18 брюмера, но тогда бы её чуть позже сверг Бернадот, или Моро, или Пишегрю, поскольку она не имела социальной опоры, её ненавидели все. Порошенко – не Бонапарт. Порошенко – Директория.

Поэтому, независимо от того, додавят ли его сейчас или осенью, уйдёт ли он «по-хорошему» или по-плохому, есть смысл рассмотреть перспективы Украины после Порошенко. Ему-то всё равно, а нам с этим ещё жить и что-то решать.

Сейчас против Петра Алексеевича на Украине практически сформировался общенациональный консенсус. Народ недоволен тем, что вместо интеграции в Европу получил второе (ухудшенное) издание грабительского режима Януковича. Олигархи недовольны тем, что их политическое влияние и собственность существенно усохли в пользу Порошенко, который не собирается останавливаться на достигнутом.

Нацисты недовольны тем, что олигархи командуют ими, а не они олигархами. Бессмысленно и бесперспективно гниющая в окопах армия недовольна поражениями и наплевательским отношением власти к её нуждам. Старая полиция недовольна новой, новая – старой. Вместе они недовольны бандитами, которые называют себя патриотами. «Патриоты» недовольны полицией, справедливо считая её ещё более бандитской структурой, чем они сами.

Каждый из них в чем-то прав. И хоть «во всём виноваты Россия и Путин», но и Порошенко тоже. Россию и Путина достать невозможно, а Пётр Алексеевич – вот он, круглый и тёплый.

Давят на Порошенко, убеждая уйти по-хорошему уже давно. Первые открытые требования досрочных парламентских выборов прозвучали в конце 2015 – начале 2016 года. Уже тогда выборы означали потерю Порошенко контроля над парламентом и правительством, с неизбежными после этого досрочными президентскими выборами. Пётр Алексеевич слишком хорошо знает «принципы» украинской политики и повадки своих коллег по террариуму, чтобы поверить в любые гарантии, которые могли бы дать ему под добровольный уход. Разорят, снимут последнюю рубашку, посадят, а потом и убьют.

Причём всё это произойдёт не просто под радостное улюлюканье, но по настойчивому требованию «европейской нации», которая давно уже хочет разорвать кого-нибудь из своих «демократических лидеров». Пожить как немцы не получилось, так хоть моральное удовлетворение получить.

До смены американской администрации Порошенко работал «человеческим лицом режима», коммуникатором с Западом. Ни Турчинов с Аваковым, обеспечивающие военно-полицейский террор против антифашистов, ни парламент, состоящий из вороватых фриков и фашиствующих бандитов, возглавляемых умственно отсталым, не могли сыграть эту роль. Вполне приемлемый для Запада Яценюк слишком быстро растерял кредит доверия и, как назначенный премьер, резко уступал в легитимости избранному президенту. Тем более, что по официальной версии «не замешанный» в ужасах майдана «миротворец» Порошенко пришёл как компромиссная фигура с целью примирения (на условиях Запада) двух частей расколотой Украины.

В 2015-2016 годах, давно потерявший опору в собственной стране Порошенко, как когда-то Горбачёв, опирался на свой международный «авторитет». Изберись президентом США Хиллари Клинтон, скорее всего эта поддержка на какое-то время сохранилась бы. Особенно, если бы Пётр Алексеевич оказался достаточно смелым для усиления провокаций против России, вплоть до прямой военной конфронтации.

Но Трампу Украина нужна не как таран против России (роль, которую она так и не смогла сыграть, увязнув в Донбассе и связанная Минском), а как разменная монета в глобальном политическом торге. С этой точки зрения США абсолютно всё равно какие процессы происходят в Киеве: кто, кого, с каким аппетитом и как быстро поедает. Товар в любом случае гнилой. Все это знают. И Трамп знает, что все это знают. Следовательно, главное – не тратиться на поддержание на Украине видимости благополучия.

И США прекратили имитировать глубокую заинтересованность в продвижении украинской демократии. Бывшая любимая игрушка надоела и её засунули в пыльный чулан. А без США, самостоятельно, Европа не в состоянии удерживать Киев на плаву ни финансово, ни экономически, ни политически. В Берлине и Брюсселе ждут когда в ходе борьбы Трампа с проигравшими президентские выборы, но всё ещё очень сильными и влиятельными американскими глобалистами, в Вашингтоне выработается внутриполитический консенсус и Америка, замершая на тех позициях, на которых её оставил ушедший Обама, вновь вернётся к активной внешней политике, стратегические цели которой будут понятны и приемлемы для Европы.

Но Украина, которой поддержка Запада служила кислородной подушкой, не может ждать, когда ей снова дадут подышать. Если коммуникация с Западом не приносит немедленных дивидендов здесь и сейчас, то и коммуникатор не нужен. Тем более, что он (коммуникатор) даже по украинским меркам слишком жаден и недоговороспособен.

Состоявшиеся в конце января – начале февраля контакты Порошенко с Америкой и Европой показали, что если его ещё и терпят, то только на коллективных мероприятиях, где он теряется в толпе. В целом же уважаемые люди его игнорируют. После этого внутриполитическое давление на Порошенко резко усилилось. Блокада стала всего лишь одним, хоть и наиболее заметным выражением этого давления.

Выдвижение ДНР/ЛНР ультиматума с требованием прекратить блокаду показало, что республики и Россия (без согласования с которой контригра Донбасса была бы невозможна, даже в силу одних только торгово-экономического и финансового факторов) подыгрывать Порошенко не собираются. Ему и Ахметову был послан отчётливый сигнал: либо вы наводите порядок и тем самым демонстрируете, что контролируете ситуацию в стране, либо с вами не о чем говорить.

Технически Москва способна сохранить президентом Украины Порошенко, назначить на его место беглого Януковича и даже избрать в первом туре 90%-и голосов вечно энергичного кота Бориса из известной рекламы. Вопрос только в объёме необходимых ресурсов и смысле их затраты. Помогать можно тому, кто сам что-то из себя представляет, у кого есть хоть какая-то поддержка в собственной стране, кто способен контролировать ситуацию. Вкачивать же ресурсы в абсолютных пустышек бессмысленно – об этом свидетельствует американский опыт трёхлетней поддержки ими же надутого режима Порошенко. Ресурсы растворились, а ситуация только ухудшилась.

Поскольку Порошенко не сумел положить на стол убедительные аргументы в пользу своей состоятельности, ему сказали: «Прощай, мой товарищ, мой верный слуга, расстаться настало нам время».

За более, чем год внутриукраинского противостояния стороны радикализировались и ожесточились. Уровень угроз уголовной репрессией давно пройден. С середины 2016 года и сам Порошенко и его оппоненты не раз намекали друг другу на готовность подвести итог затянувшейся дискуссии о власти при помощи вооружённой силы. Явный и недвусмысленный отказ Запада в дальнейшей политической поддержке Порошенко привёл к тому, что его силовые возможности резко сократились. «Умная» украинская бюрократия и «глубоко порядочный» генералитет предпочитают выждать чья возьмёт в борьбе пауков в банке, чтобы присоединиться к победителю.

Два фактора удерживают стаю товарищей от похода на Банковую и дефенестрации Петра Алексеевича:
1. Силовой переворот потребует повторной международной легитимации «новой» власти, а при нынешней позиции Запада не факт, что этот процесс будет лёгким.

2. С обеих сторон противостоят друг другу победители «революции достоинства», «герои АТО», «рыцари майдана». Их нельзя просто убить и зарыть, как каких-нибудь «ватников». Тот, кто первым откроет стрельбу будет признан «европейскими» гражданами Украины предателем идеалов майдана, раскольником и агентом Путина. Даже, если ему удастся победить, новой «небесной сотни» ему не простят. На его же счёт повесят и следующие «небесные» тысячи и десятки, а то и сотни тысяч жертв очередного рывка в Европу.

При помощи блокады и незаметных из-за пределов Украины, но весьма чувствительных, юридических провокаций Порошенко ставят в ситуацию, когда он должен либо капитулировать, либо попасться на юридический крючок и дать повод для начала процедуры импичмента (история Януковича свидетельствует, что необходимые «правовые акты» появляются моментально), либо подавить оппонентов силой (то есть стать «кровавым диктатором», не имея силового ресурса).

События разворачиваются быстро. Оппоненты Порошенко понимают, что открывшееся перед ними окно возможностей может в любой момент закрыться. Мобилизация боевиков, которых можно бросить на провокацию, а потом от них отречься происходит всё активнее и всё более открыто. Кризис украинской власти вступает в стадию, когда не люди управляют событиями, но логика событий прописывает алгоритм действий участников процесса.

Шансы на бескровное разрешение кризиса почти исчерпаны. Ещё пара витков нарастания напряжённости и они будут исчерпаны окончательно. После этого кровавая развязка станет вопросом времени.

Но если Порошенко не удастся уйти по-хорошему, сохранив хотя бы внешнюю легитимность и проведя хотя бы формальные выборы, то дальше стесняться нечего – мосты сожжены. Только установление конкретным политиком или политической группой контроля над Украиной обеспечивает им шанс на то, что с ними будут разговаривать, когда у международного сообщества вновь дойдут руки до Украины. Проигравших никто жалеть не будет.

Как видим, для всех участников процесса, от пока живого Порошенко, до тех, кто объединился против него, речь идёт уже не только и не столько о власти и собственности, сколько о жизни. Жалеть они не будут никого и ничего. Были бы они едины, вывод был бы прост: Порошенко сметут, а на его место придёт консолидированный нацистский режим, который попытается решить проблему сохранения единства оставшейся под властью Киева территории и стабилизации государственности за счёт открытого террора.

Но мы имеем несколько враждующих политических группировок, которых объединяет лишь ненависть к Порошенко. Будь Порошенко поумнее, он бы попытался маневрировать между группировками. Будь Порошенко порешительнее, он бы провёл силовую прополку враждебных лидеров. Вариантов много: от несчастных случаев на производстве по-очереди в течение нескольких лет, до разовой «ночи длинных ножей для всех сразу». Причём исполнителей можно тут же обвинить в попытке мятежа и ликвидировать (концы в воду).

Ничего этого Порошенко не сделал, а теперь вряд ли сделает, поскольку уже не имеет соответствующих возможностей.

Поэтому пункт «свержение Порошенко» является практически безальтернативным во всех вариантах развития событий. Причём с 90%-ной вероятностью свержение будет означать и убийство.

Дальше мы имеем две крупные группы, претендующие на власть. Во-первых, это старые системные политики и политические партии майданного олигархо-националистического толка. Во-вторых, это новые нацистские партийные проекты.

При этом системные делятся на массу враждующих кланов. Это сейчас Коломойский, Тимошенко и Аваков в одной лодке – двое первых активно свергают Порошенко, а третий не мешает. В принципе же они не просто конкуренты, а непримиримые враги, поскольку претендуют на один и тот же пирог. Ахметов, Пинчук и разные прочие таруты-добкины являются для обозначенных выше обычным кормом. В условиях обвального сокращения кормовой базы церемониться как Порошенко, забиравший лакомые куски, но что-то на жизнь оставлявший, а с кем-то и просто в долю входивший, не будут – сожрут сразу и полностью.

«Кормовые» олигархи никогда не умели сопротивляться олигархам-хищникам, просто раньше хищники не имели нынешних неограниченных возможностей. Так что скорее всего судьба «кормовых» предрешена. Но ведь и загнанная в угол крыса может человека загрызть. Возможность объединения в последний момент перед лицом общей смертельной опасности напрочь исключить нельзя. Тогда на олигархическом поле появится ещё один коллективный игрок.

Этот игрок – «кормовые» умеренные олигархи – уже пропустил свой политический шанс. Украина ещё в 2015 году проскочила тот этап, кода их далеко не квалифицированные, скорее любительские, услуги по стабилизации могли быть востребованы и получить достаточную поддержку общества, чтобы попытаться остановить скатывание в пропасть. Так что победить в борьбе они уже не могут, но вполне способны внести элемент неожиданности в существующий расклад сил.

Нацисты тоже не едины. Две крупные силы – галицийская «Свобода» и центрально-восточноукраинский русскоязычный «гражданский корпус Азов», являющийся политическим представительством одноимённого нацистского полка национальной гвардии, — две главные конкурирующие силы. Кроме них есть ещё куча мелких банд и бандочек, часть из которых формально входит в пребывающий в состоянии полураспада запрещённый в России «Правый сектор», часть пытается окучивать Ярош со своей «Государственной инициативой», часть просто кормится «с земли», как крымскотатарский «батальон» в Херсонской области. Ещё часть воюет в разных подразделениях ВСУ и МВД в Донбассе, но готова в любой момент заявить свои права на долю.

В этих условиях естественным является сращивание олигархических и нацистских группировок в борьбе с себе подобными. Причём наиболее логично развитие этого процесса по территориальному принципу. Например, Аваков и Билецкий, которому он обеспечивает «крышу» МВД, земляки-харьковчане и оба с удовольствием свернут шею Добкину с Кернесом.

Коломойский, в 2014 году обладавший мощнейшей частной олигархической армией за время вынужденного ухода от дел силовой ресурс подрастерял, однако 2014 год показал как быстро, творчески он и его команда умеют мобилизовывать самое отпетое отребье. К тому же никто не знает сколько реально бойцов осталось у Яроша после его ухода из расколовшегося «Правого сектора». А Ярош был очень близок к команде Коломойского.

В Галиции нацисты из «Свободы» враждуют с «демократами» из «Самопомощи» Садового. «Самопомощь» — проект, находящийся на содержании у Коломойского. «Свобода» в Галиции обладает абсолютным силовым и политическим перевесом над «Самопомощью» и будет её давить. Коломойский может попытаться договориться с Тягныбоком о сотрудничестве (за счёт сдачи уже не нужной Игорю Валерьевичу «Самопомощи»), но не факт, что «Свобода» примет такой «подарок». Садового они в Галиции и так подавят (Коломойский тут ему ничем не поможет).

Шанс на объединения Коломойского и Тягныбока появится лишь в том случае, если «Свобода», не имеющая серьёзных позиций за пределами Галиции, решит бороться с Билецким за всю Украину. Но Тягныбок неоднократно раньше заявлял, что если Украина окажется неготовой к торжеству национализма, то «истинным украинцам» надо сохранить Украину в масштабах Галиции. Думаю, что если «Свобода» ограничится своим галицийским королевством, то Билецкий с «Азовом» туда не сунутся – прибылей почти никаких, а воевать придётся с мощным (по меркам украинских нацистов) противником, опирающимся на поддержку местного населения.

Итак, «Свобода» в Галиции, Аваков с Билецким в Харькове, Полтаве, Сумах, Чернигове. Коломойский попытается удержаться в Днепропетровске и захватить Запорожье. Ему также нужен выход к портам, поэтому возможна кооперация с «батальоном» меджлиса в Херсонской области. По мере увеличения численности и боеспособности его «армии» Игорь Валерьевич может попытаться продвинуться на Николаев и Одессу. Местные элиты этих регионов теоретически могут самостоятельно удерживать ситуацию под контролем, но только до тех пор, пока их не трогают. Если у кого-то из главных игроков дойдут до них руки то капитуляция будет быстрой и полной – никакого организованного сопротивления, а если проявится неорганизованное, то его нацисты подавят быстро и страшно.

Турчинов, вес которого зиждется на его статусе секретаря СНБО должен опираться на Киев и центральные области, пытаясь оттуда распространить своё влияние на всю страну. Он может попытаться вступить во временный союз с Аваковым против Коломойского, но для этого необходимо иметь собственную силовую опору. Сейчас Турчинов по должности контролирует вооружённые силы. Но вряд ли ВСУ сохранят единство в случае переворота и начала распада страны. Скорее частично разойдутся по домам, частично пойдут на службу к своим региональным лидерам – олигархам, формирующим частные армии, частично просто займутся «заработком» на большой дороге.

Какое количество организованных мелких нацистских структур удастся Турчинову привлечь к себе на службу зависит от его материальной базы. Позволять им кормиться за счёт населения Киева нежелательно – нужен минимально надёжный тыл. Поэтому Турчинову целесообразно вступить в союз с «кормовыми» олигархами, которые должны будут содержать его воинство в обмен на защиту.

Тимошенко также не имеет собственной вооружённой силы и взять её ей негде. Чтобы остаться в игре надо договариваться с кем-то из основных игроков. Но Юлию Владимировну слишком хорошо знают, чтобы рискнуть на полноценный союз с ней. Это договорённости из разряда тех в которых каждая сторона ещё до подписания имеет минимум три плана обмана и предательства своего союзника.
Тимошенко будет трудно выжить. Наиболее разумное действие остальных участников битвы пауков в банке – ликвидировать её в момент свержения Порошенко или сразу после. Но если Тимошенко удастся уцелеть, то чем дальше, тем большее пространство для манёвра будут предоставлять ей нарастающие противоречия между остальными игроками.

Как видим, при идеальном развитии событий (когда заключаются естественные союзы) у нас получается примерно четыре крупные региональные олигархо-нацистские группировки. Из них только галицийская территория под контролем «Свободы» может на первом этапе остаться вне междоусобной борьбы. Если сама не влезет, то для других она находится на периферии интересов и может быть оставлена на потом.

Ещё одно неизвестное – действия ДНР/ЛНР. Они могут ограничиться выходом на границы областей, после чего заняться оформлением своей интеграции в Россию. Но может возобладать и желание совершить «освободительный поход». В таком случае ограниченность ресурсов продиктует медленное продвижение от области к области. При этом надо учитывать, что «донецкая опасность» может привести к временной консолидации конкурирующих олигархо-нацистских группировок, поэтому тактика выхода на границы областей и последующего выжидания представляется более оправданной.

В конечном итоге, зачем воевать со всеми олигархо-нацистскими группировками сразу, если те обречены на самоубийственный междоусобный конфликт? Более того, вынужденное формирование олигархо-нацистских группировок не означает, что противоречия между олигархами и нацистами забыты. Они временные союзники. Как только у кого-то наметится перевес над остальными, олигархи побеждающей группировки моментально попытаются разогнать нацистов, а те, в свою очередь, перевешать олигархов.

В стерильной ситуации (без внешнего вмешательства) у нацистов практически 100%-ные шансы на окончательную победу. Для сохранения олигархической республики просто нет ресурса, нацисты же заменяют ресурс террором.

Поэтому второй и более вероятный вариант развития событий после Порошенко – установление террористической диктатуры Авакова-Турчинова (или одного из них), опирающейся на официальные и неофициальные нацистские формирования и пытающейся сохранить единство и управляемость Украины методом превентивного террора. Возможно, что для сглаживания внутренних противоречий данной группировке понадобится формально привести к власти некое нейтральное лицо.

В таком варианте развития событий сделать это будет нетрудно. Набор от Яценюка, до любого из оставшихся в Киеве регионалов. Нацистские боевики на избирательных участках вряд ли смогут гарантировать «правильное» голосование, зато ничто не может помешать им организовать «правильный» подсчёт голосов.

Однако террор действенен лишь в том случае, если запугиваемому есть что терять. Обнищание Украины, развал экономики и распад межрегиональных кооперационных связей происходит в высоком, постоянно ускоряющемся темпе. Сегодняшние внешне благополучные крупные города на деле находятся на грани коллапса продовольственного подвоза и развала жилкоммунхоза.

Когда нечего есть, не работает свет, газ и канализация государственный террор утрачивает значительную часть своей эффективности. Нет, народ не поднимается на революцию, но постоянные локальные мятежи, происходящие по множеству различных причин, заставляют центральную власть равномерно распределять силовые контингенты по стране, предоставляя региональным властям право оперативного руководства ими и на них же перекладывая проблему содержания этих войск. Да и сами региональные власти склонны к созданию собственных силовых структур, с помощью которых можно обеспечить значительно более оперативную реакцию на разного рода эксцессы, чем в состоянии обеспечить центральная киевская власть.

В условиях распада единой экономики и перехода регионов на замкнутое, полунатуральное хозяйство, соединение в одних руках на региональном уровне административных, политических и силовых функций автоматически ведёт страну к распаду.

При этом и конкуренция регионов никуда не денется, поскольку у соседа всегда есть что-то лакомое, что хотелось бы иметь самому. Да и просто грабёж чужих вотчин в условиях крайнего ресурсного дефицита становится не политической акцией, не развлечением, но жизненной необходимостью.

Так что в любом варианте развития событий постпорошенковская Украина достаточно быстро приходит к террористической диктатуре, распаду и войне всех против всех. Остановить этот процесс может только внешнее вмешательство, но оно не может быть эффективным до тех пор, пока украинский народ в массе своей не начнёт рассматривать собственную власть (не важно контролирует ли она всю страну или один из её кусков), как главного врага.

Для разоружения боевиков, восстановления правоохранительной системы, воссоздания с нуля административной и политической систем, на территорию Украины понадобится ввести от 300, до 600 тысяч военных, полицейских и гражданских администраторов. При этом, в нынешнем состоянии значительная (свыше половины) часть населения будет воспринимать эти силы как оккупационные, из кого бы они ни состояли (хоть из русских, хоть из поляков, хоть их зулусов или мексиканцев, хоть из всех сразу).

Не желающие разоружаться боевики в таком случае получат достаточно массовую поддержку населения и смогут годами вести партизанскую войну (в том числе в городах) и подпольную террористическую деятельность, в том числе на территориях стран-соседей.

Поворот в сознании населения возможен лишь после того, как нацистские боевики, грабящие сейчас преимущественно Донбасс, начнут грабить всю Украину, а бои между ними будут разносить в щебень жилые кварталы далёких от донбасской линии разграничения городов. Тогда любая власть, способная обеспечить безопасность и прокормить, будет восприниматься как благо, в сравнении с царящим вокруг ужасом. Тогда боевики останутся без даже частичной народной поддержки, наоборот народ с удовольствием устроит на них облавную охоту с судами линча.

Только на такой основе иностранное вмешательство, в том числе коллективное вмешательство мирового сообщества, может иметь относительно быстрый эффект.

Это не снимет вопроса о цене восстановления территории до уровня пригодного для жизни (о политическом восстановлении я даже не говорю), но данная тема лежит за пределами нашего материала.

В целом, пока Порошенко сохраняется у власти, остаётся пусть маленькая и теоретическая, но всё же возможность чуда – остановки распада поражённых некрозом тканей украинского государства и начала медленного и тяжёлого процесса выздоровления и восстановления нормальной жизни. Это всё равно работа минимум на десятилетие, но тогда ещё можно надеяться, что Украина, тяжко напрягаясь и теряя население, выполнит её сама. В конце концов, Россия после хаоса 90-х справилась.

Смещение же Порошенко будет означать прохождение точки возврата. С этого момента остановить процесс распада, прежде, чем он достигнет логического завершения будет практически невозможно. Равным образом невозможным будет после этого и самостоятельное восстановление украинского государства. Опыт Сомали и Афганистана свидетельствует, что будучи ввергнутым в состояние трайбалистской архаики государство может пребывать в нём десятками и даже сотнями лет.

Дальнейшая же судьба территории и населения будет зависеть от планов, целей и возможностей ближайших соседей (далеко не одной лишь России). Причём главным для участников процесса будет надёжное блокирование очага заразы, способного отравить соседей, и лишь потом поиск способа лечения. И не думаю, что будет выбрана щадящая терапия.

Ростислав Ищенко, президент Центра системного анализа и прогнозирования, специально для «Актуальных комментариев»
http://actualcomment.ru/ukraina-posle-poroshenko-1703041122.html

популярный интернет





comments powered by HyperComments

Еще по теме

Кузёмка
2017-03-05 14:44:00
Нам ничего не надо делать с Украиной. Сами "элиты" Украины всё сделают за нас.
Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24lifenews
Авиабилеты и Отели