— В Потсдаме победители действовали в старых империалистических традициях. Судьбы народов решались без их участия, а их права и интересы оказались разменной монетой в большой геополитической игре.

Николай Стариков

— Любая война заканчивается переделом сфер влияния в мире. Так происходило в истории человечества и так будет всегда, пока ведутся войны. Нам ставят на вид территориальные приобретения по итогам Второй мировой, каких, якобы, не получили западные демократии. Ответом на подобные выпады может служить эпизод на Потсдамской конференции. Сталин в свойственной ему шутливой манере напомнил заявление британского политика в парламенте: Италия безвозвратно потеряла свои колонии. Оглядел присутствующих и спросил: если Италия их потеряла, то кто их нашел? Под смех в зале Черчилль попытался возразить, что Италию разгромила британская армия и потому Лондон может претендовать на ее колонии. Сталин коротко ответил: А Красная Армия вошла в Берлин…

Так что, во-первых, не следует забывать об итальянских колониях, попавших в руки англосаксов. Во-вторых, нельзя выпускать из вида передачу (возвращение) Франции Эльзаса и Лотарингии — вечного яблока раздора между Францией и Германией.

В Потсдаме произошла решительная дипломатическая схватка руководителей трех великих держав. Целый ряд вопросов не был разрешен, однако, и сама форма их обсуждения говорит о том, что серьёзнейшие противоречия остались где-то в глубине дипломатической переписки.

Посмотрим, что вышло на поверхность и стало предметом публичного обсуждения. Сталин начал свое выступление на конференции с предложения выразить общее отношение к режиму, который был навязан Пиренеям Гитлером и Муссолини. Одного этого было бы достаточно, чтобы испанский народ его смел. Однако Черчилль, высказавший от имени Британии осуждение Франко, уклонился от дипломатического демарша под тем предлогом, что тот и сам скоро падет. Правление диктатора, как известно, растянулось еще на 30 лет. Почему Черчилль в союзе с Трумэном фактически сохранили полуфашистский режим — очевидно. На смену Франко могли прийти только социалисты или коммунисты.

Политика, как известно, — искусство возможного. И любая великая держава оценивает свои возможности на приоритетных для себя направлениях. Сталина весьма интересовали ближневосточная нефть и выход к теплым морям через Персидский залив. А в торге с Ираном у него имелись вполне весомые аргументы. Первый — большая азербайджанская диаспора, проживающая на территории этого государства. Другой постоянный фактор нестабильности в регионе — курды, требовавшие создания национального государства. С ними СССР давно поддерживал контакты.

Право наций на самоопределение никто не отменял, а поддержка тех или иных движений — вопрос политической целесообразности.

— Новый передел мира на зоны влияния был обречен на крушение, и только вооруженная сила останавливала естественное движение народов к свободе и демократии. Особенно это относилось к Восточной Европе.

— Можно ли послевоенные выборы в Польше, Венгрии, Болгарии, Чехословакии назвать образцами свободного волеизъявления? Все познается в сравнении. Давайте взглянем на «торжество демократии» в Западной Европе. Греция — долгая и кровопролитная гражданская война, спровоцированная англосаксами. Англичане, едва овладев в 1944 году Пелопоннесом, первым делом расстреляли демонстрацию прокоммунистически настроенных партизан.

В Италии выборам предшествовала масштабная пропагандистская кампания по дискредитации коммунистов, социалистов и их политических союзников. Из США пришли миллионы открыток якобы от проживающих там итальянцев. «Соотечественники» убеждали ни в коем случае не голосовать за левых. В портах Италии пришвартовались корабли с американской гуманитарной помощью. Раздавали ее с условием, что из правительства выведут всех коммунистов и социалистов. Такими способами американцы обеспечили сохранение Италии в зоне своих интересов. Спецслужбы США подкупали политиков, передавая чемоданы с наличными долларами лидерам «демократических» партий.

Кстати, не стоит ограничиваться Европой. В Азии подобная картина наблюдалась при создании Северной и Южной Кореи. Северокорейскому лидеру Ким Ир Сену противостоял южнокорейский диктатор Ли Сын Ман, который регулярно подавлял крестьянские восстания.

— Трумэн не сумел должным образом представить Сталину атомную бомбу, что облегчило дипломатическую миссию Советов на Потсдамской конференции.

— Несмотря на союзнические отношения, у руководителей Англии и США не возникало и мысли о передаче СССР ядерных технологий. Сталину об оружии «нечеловеческой мощи» сообщили как раз накануне того дня, когда обсуждались репарации. Думаю, что отказ СССР от претензий на часть золотого запаса Третьего рейха связан как раз с нежеланием обострять обстановку. Сталин прекрасно понял, о чем идет речь, и отдал распоряжение ускорить работы по ядерной программе. С этого дня он постоянно находился под давлением сначала ядерной монополии, а затем ядерного превосходства США. Он был реалистом и, как мудрый политик, не мог не учитывать этого фактора. Равновесие наступило только в брежневские времена.

— Подтвердив в Потсдаме обязательства по вступлению в войну с Японией, СССР не реализовал возможностей посредничества между союзниками и своим восточным соседом.

— В условиях, когда Япония неумолимо катилась к поражению, посредничать между нею и союзниками было бы странно. Тем более, союзники Сталина об этом не просили. С какой стати советскому лидеру следовало заботиться интересах страны, которая вероломно напала на его союзника? И ради чего? Япония являлась давним геополитическим соперником России. Курильские острова и половина Сахалина отошли к ней по результатам Русско-Японской войны. И перед Сталиным, естественно, стоял вопрос о возвращении этих территорий.

Отношения СССР с Японией базировались на Договоре о нейтралитете 1941 года. СССР соблюдал его условия, чего не скажешь о Японии, которая вынуждала нас держать более чем миллионную армию на Дальнем Востоке даже в критические 1941 и 1942 годы.

С юридической точки зрения, Сталин поступил безупречно. Договор, заключенный в 1941 году на пять лет, мог быть продлен за год до его истечения. И ровно за год до этого Сталин его разорвал, заявив о невозможности продления, поскольку Япония находится в состоянии войны с союзниками СССР. Вступив в войну с Японией, Сталин не оставил ей никаких шансов, кроме капитуляции. И, в итоге, вернул суверенитет над землями, утраченными Российской империей.

— Сталин выдвинул территориальные претензии к Турции — участнице антигитлеровской коалиции, что толкнуло ее в объятия западных держав и НАТО.

— Подобные рассуждения — свидетельство либо наивности, либо ангажированности. Давайте представим обвинение: агрессивная Екатерина II толкнула султана в объятия Франции. Или Англии. Давайте вспомним, как Великобритания отторгла у Греции Кипр или Гибралтар у Испании. Как расширяли свои территории Соединенные Штаты Америки. Логика развития империй подчинена своим законам. Пункты, стратегически важные для развития народа и государства, должны находиться под их контролем. Иначе их будет контролировать соперник. Для Российской империи турецкие проливы Босфор и Дарданеллы — это бутылочное горлышко, через которое русский флот может (или не может) пройти в Средиземное море и далее в Мировой океан. Несколько столетий, с середины XVIII века, контроль над проливами был целью русской политики. Этого добивалась Россия в Первой мировой войне, этому помешала революция, устроенная в тылу и едва не уничтожившая страну. Оттого, что имперский флаг сменился на красный, ничего не изменилось. Сталин продолжал дело российских императоров.

Формулировка относительно «территориальных претензий» к Турции неточна. По окончании Второй мировой Сталин он от лица Советских республик Грузии и Армении обратился к ней с просьбой передать часть территорий, отторгнутых по итогам Первой и в результате революционной смуты. Речь шла о землях, населенных этническими грузинами и армянами. Следует заметить, что одновременно началась глобальная репатриация армянского народа на историческую родину. Вернулись сотни тысяч человек.

В возникшем противостоянии между русскими и англосаксами Турция, разумеется, выбрала сторону последних. И ожидать иного от государства, веками противостоящего России, было нельзя.

— Настойчивость Сталина в вопросе о репарациях с побежденных резко контрастировала с подходом американцев, готовивших для Европы План Маршалла.

— Репарации в пользу СССР были предусмотрены всеми предшествующими переговорами. Как мы знаем, золотой запас Третьего рейха целиком попал в руки англосаксов. В Потсдаме СССР согласился с тем, что не получит из него ни грамма. После этого Трумэн и Черчилль, успокоившись, согласились передать СССР часть промышленного оборудования из западных зон оккупации. Наша доля была определена в 15 процентов, однако — внимание! — в обмен на поставки угля, топлива и продовольствия на эти территории. Так что вместо репараций мы получили товарообмен.

И это еще не все. В ходе Потсдамской конференции Сталин сообщил об известных ему фактах вывоза оборудования с территории, которая должна была перейти под контроль СССР, но временно находилась под оккупацией союзников. Была названа и цифра — 11 000 вагонов. Он задал вопрос, будет ли компенсирована потеря, но ответа так и не получил.

Наивно полагать, что, отказавшись официально от репараций, Англия и США не получили свою долю «германского наследства». Раздел военного и экономического потенциала, оставшегося после разгрома Третьего рейха, обсуждался открыто. Притом, союзники, и прежде всего Черчилль, вели к тому, чтобы Советский Союз не получил ничего. Британский премьер выступил с инициативой затопить весь германский флот. Ясно, почему. Британское господство всегда опиралось на превосходство на море, и даже часть Кригсмарин усилила бы советский ВМФ. Сталин остроумно высмеял эту идею, предложив каждой стороне поступить как угодно со своей частью флота, хоть затопить. Как ни пытались наши партнеры уйти от дальнейшего обсуждения, советский руководитель своего добился. За одним исключением: подводные лодки были все же затоплены. Именно они представляли главную опасность для англо-саксонского морского могущества. То есть, уже тогда Британия и США рассматривали своего союзника как потенциального врага.

— Поворот США от сотрудничества к конфронтации с СССР и начатая вскоре «холодная война» были вызваны неуступчивостью Сталина в Потсдаме.

— Факты говорят об обратном. Сталин шел на всевозможные уступки и избегал настаивать на требованиях, которые могли бы обострить ситуацию. Примеров тому приведено предостаточно.

— СССР попал под огонь западной критики не за подписанные в Потсдаме соглашения, а за их нарушения.

— Популярное обвинение. Однако в реальности Советский Союз не нарушил ни одного соглашения. Чего не скажешь о наших партнерах. Сталина упрекают в том, что он несвоевременно вывел войска из Ирана. Но он их вывел. Напомню, что американцы обещали разместить на территории Японии военные базы всех союзников. Выполнили? Обещали вывести оттуда свои войска. Сделали? Фактически целый остров Окинава — до сих пор под их оккупацией.

Каждая сторона действовала в соответствии со своими национальными интересами и представлениями об угрозах безопасности. Выступление Черчилля в Фултоне в марте 1946 года Сталин расценил как ультиматум. И ответил, что не для того мы воевали с Гитлером, чтобы передать суверенитет в руки Черчилля.

Наши союзники изменили самому духу ялтинско-потсдамского процесса. Если Москва стремилась к мирному сосуществованию с союзниками по антигитлеровской коалиции, то Вашингтон и Лондон, напротив, стремились подчинить Советский Союз. Это и послужило причиной начавшейся вскоре «холодной войны».

Еще по теме

Поддержите нас
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews