— Очень простое обсуждение темы у нас получилось перед эфиром. Мы вообще не обсуждали, о чем будем говорить в этой программе. Это редкий случай и для нас с вами. Очевидно, что мы будем говорить про Навального Это так очевидно, что мы, не сговариваясь, сейчас и начнем это делать.

Николай Стариков

Сразу вступительный вопрос. Это смелый поступок Навального – вот так взять и приехать в страну, где заведомо понятно, что его арестуют? При всем том, что вы антагонисты.

Н. Стариков:

— Нет, это не смелый поступок. Это поступок человека, который не свободен в своих действиях. Это первое. И второе. И второе – не приехать в Россию он не мог. Мы с вами об этом говорили в эфире, я много роликов по этому поводу записывал. Он не может не приехать, потому что в противном случае он теряет авторитет. И самое главное, сидя там, он не нужен тем, кто на Западе с ним мило беседовал, финансировал, помогал, кто сейчас выражает такую озабоченность его судьбой.

Кстати, проверить все очень просто. Давайте вспомним, даже не будем уходить в советское прошлое, в имперское, — кого Запад поддерживал и любил среди политиков российских последнего времени? Горбачева до сих пор любит, прям души не чает. Понятно – почему. Борис Николай Ельцин был прямо любимец Запада. Помните, Клинтон его по плечу стучал. У него был друг Коль. И так далее, и тому подобное. До тех пор, пока Ельцин не попытался навести порядок на Кавказе. После этого Ельцин стал плохим. Когда Владимир Владимирович Путин пришел к власти, первое время Запад к нему очень лояльно относился. До тех пор, пока уже Путин не навел таки порядок на Кавказе, еще во многом навел его внутри страны. И тут Путин стал исчадием ада.

Поэтому, если западные политики кого-то сейчас поддерживают, мне кажется, даже исходя из этого ряда мы можем понять, что этот парень Западу полезен, нужен. Вот, собственно говоря, и вся такая… то, что лежит на поверхности. А в глубине – он не может не прилететь, потому что он будет просто обнулен. Вы не забывайте, что у него минус 26 миллионов, что у него жена там, что он фактически там находился, по большому счету, можно считать, под охраной, а можно считать – под арестом. Как привезли в аэропорт. То есть не он решает это. Не он решает! Ему опять что-то пообещали, опять что-то сказали. Сел в самолет, полетел.

В. Ворсобин:

— Николай, а лично вы, зная, что вас арестуют, прилетели бы?

Н. Стариков:

— Знаете, сидя в теплой студии Радио «Комсомольская правда», конечно, удобно сотрясать воздух и говорить великие слова. Я скажу несколько иначе. Если вы занимаетесь политикой, то вы должны понимать, что занятие политикой несет за собой определенные профессиональные риски. Вот если вы шахтер, вопрос: вы в шахту боитесь опускаться? Если вы говорите «да», значит, вам не в шахтеры надо идти, а куда-то еще. Если вы политик и боитесь поставить на кон всё, или вынуждены поставить на кон всё, значит, вам надо заниматься чем-то другим. Может быть, в шахтеры идти. Потому что вам будет не страшно спускаться в шахту, но страшно сесть в самолет и куда-то прилететь. Поэтому большого мужества в этом поступке нет. Это вынужденный шаг.

Меня, честно говоря, больше интересует другая сторона вопроса. У нас с вами нет никаких сомнений, что российские законы должны действовать без запятой. Вы знаете, так, Уголовный кодекс Российской Федерации распространяется на всех граждан Российской Федерации, кроме Алексея Анатольевича Навального. Там же нет такой записи? Нет. Поэтому, если он находится в розыске и он прилетает, что должны с ним сделать? Какие варианты есть?

В. Ворсобин:

— Подождите, Николай, давайте по фактам. В розыск его объявили за несколько дней до Нового года, по-моему, 28 декабря. Вы, кстати, человек, который уважает закон. И я вас уважаю, как человека, уважающего закон.

Н. Стариков:

— А я вас уважаю, как человека, уважающего того, кто уважает того, кто уважает закон. Мы с вами – уважаемые люди.

В. Ворсобин:

— И сейчас к другому уважаемому человеку – Навальному прямо в полицию едет суд. Можете себе представить, что сейчас Химкинское РОВД, там экстренно собирается суд. Похоже, скорее, на трибунал. И вообще, это вне российской практики, чтобы к человеку ехал суд прямо в аэропорт, чтобы его арестовать.

Н. Стариков:

— Суд в аэропорт ни к кому не ехал. Начнем с этого.

В. Ворсобин:

— Ну как, рядом с «Шереметьево» Химкинский РОВД, там сидит Навальный, к нему едет срочно суд, чтобы его законопатить в тюрьму. А вам не кажется, что именно здесь проблема? И сейчас законы не действуют именно в отношении Навального?

Н. Стариков:

— Ваш вопрос понял. В отношении Навального закон не действовал. И почему он не действовал – это огромный вопрос. Мы с вами опять-таки обсуждали это. 26 раз человек во время условного срока выезжал за границу. Вот куда ФСИН смотрела? Его должны были в розыск объявить, заменить ему условный срок реальным. Владимир, я понимаю, что вы считаете, что Навальный всю свою политическую деятельность ведет, не приходя в сознание. Но все-таки потерял сознание он в августе. А 26 раз летал с момента вынесения приговоря несколько лет назад. Надеюсь, вы понимаете, что он был в сознании все-таки. Так что давайте эти разговоры оставим.

В. Ворсобин:

— Мы же сейчас берем конкретный период времени.

Н. Стариков:

— Его заболевание и лечение – это часть всего лишь того, о чем мы говорим. Дальше, я считаю, что Россия на шаг, причем на большой, я очень надеюсь, приблизилась к неуклонному соблюдению законодательства в отношении всех граждан России. Смотрите, безнаказанность Навального рождает огромную кучу проблем. Во-первых, глядя на это, всевозможные пушные зверьки всякие тоже нарушают закон, думая, что ничего не будет.

Следующий вопрос. За время своей недолгой политической карьеры скольких человек Навальный посадил в тюрьму? Я, честно говоря, не знаю. Может быть, кто-то ведет учет. Но я думаю, что десятка три человек сели в тюрьму, потому что этот персонаж куда-то позвал. Дальше в отношении обычного гражданина было возбуждено уголовное дело, потому что он нарушил закон. А вот этот политически скользкий субъект, такой тефлоновый политик, выскользнул по непонятным причинам. Я надеюсь, мы узнаем ответ на вопрос – по каким причинам все в отношении него не действовало. И теперь закон начинает действовать.

Теперь что касается того, что суд куда-то едет, самолет садится в аэропорт. Есть простая логика. Если вы видите, что кто-то собирается устроить массовые беспорядки в аэропорту «Внуково» или около него, абсолютно логично, чтобы самолет летел в аэропорт «Шереметьево». Естественно, по техническим причинам. Но это логично и правильно. А дальше, собственно говоря, сейчас закон в отношении Навального просто начинает работать быстрее, немножечко наверстывая годы своего бездействия. Поэтому, а чего тянуть-то? Человек прилетел, он в розыске. Все ясно. Его не в тюрьму сейчас посадят, его сейчас возьмут под арест. И я очень надеюсь, что этот арест не будет домашним. Поэтому это было бы уже смешно в очередной раз.

А вот дальше будет суд, который будет рассматривать обстоятельства, как он соблюдал законодательство. Владимир, можете там выступить свидетелем, сказать, что был в бессознании этот господин весь срок своего условного наказания. Болеет тяжело, недееспособен и так далее. Это один из вариантов ухода от ответственности. Но сейчас закон в отношении Навального как раз действует.

Обратите внимание, как забеспокоились всевозможные эти пушные зверьки. Пишут, буквально цитирую: если с Навальным такое делают, что же будет с остальными? Вот я очень хочу, чтобы в отношении любого человека, который нарушает закон, принимались те меры, которые закон обусловливает. Чтобы не было у нас безнаказанных, никаких, ни с одной стороны.

В. Ворсобин:

— Николай, абсолютно присоединяюсь к вашему спичу. Но немножко с другой стороны. Дело в том, что все расследования Навального касались очень серьезных и богатых людей. Так вот, знаю одного, который сел, — проректор МГУ. Он сейчас под домашним арестом в Саранске находится. Это один из тех, кого Навальный обвинил в коррупции. Остальные люди, которых он обвинил в коррупции, против них даже не возбудили уголовного дела. А их там много. Если бы ваши речи прекрасные вот туда обратить, чтобы сели все те, кто к этому давно шел. Но вот почему-то все это касается только одного Навального. Почему такая избирательность законов?

Н. Стариков:

— У вас какая-то святая вера, только что вы говорили, что он без сознания, а теперь вы считаете: если он кого-то обвинил, ну всё, это уже высшая инстанция. Выше просто некуда.

В. Ворсобин:

— Я говорил о том, что не было расследования. Почему наш Следственный комитет не проводит расследование тех эпизодов, о которых сняты целые фильмы, разоблачающие конкретных чиновников?

Н. Стариков:

— Вы меня спрашиваете?

В. Ворсобин:

— Может быть, у вас есть какой-то вариант ответа?

Н. Стариков:

— А вы не пробовали спросить Следственный комитет? У меня тоже есть вопросы.

В. Ворсобин:

— Если Навальный накопает на какого-то из чиновников и опубликует расследование, то, скорее всего, его не тронут. И поэтому чиновники с радостью воспринимали эти расследования ФБК. Они понимали, что они теперь точно останутся безнаказанными. Просто из принципа никто не будет заниматься этими расследованиями.

Н. Стариков:

— Давайте я поясню. Да, действительно, и Навальный, например, снял свой фильм про Дмитрия Анатольевича Медведева и тем самым обеспечил ему премьерское кресло.

В. Ворсобин:

— «Закон един для всех в России, и это правильно», — радуется наш слушатель.

Наш читатель и слушатель пишет: я далеко не сторонник Навального, но я сторонник уравновешенного рассуждения. И немного смешно, как Стариков объяснил, почему другие не сели. Разъясните нам, бестолковым. Почему герои расследований Навального на свободе, а сам Навальный в полиции.

Н. Стариков:

— Объясняю. Я не являюсь правительственным чиновником, адвокатом, пресс-секретарем силовых структур. Вопрос, почему что-то там происходит, вы, пожалуйста, адресуйте в соответствующие структуры. Я могу высказать свою точку зрения и не более того.

Как член экспертного совета партии «За правду» хочу сказать, что когда партия придет к власти, то закон будет выполняться быстрее и фемида будет, действительно, с закрытыми глазами. Это значит, что любой, кто нарушает закон, будет получать наказание.

Теперь перехожу к объяснению того, каким образом, например, Навальный помог Дмитрию Анатольевичу Медведеву стать премьер-министром. Есть определенные правила политической игры – это первое. Есть определенные психологические особенности людей, которые находятся у власти. Вот Владимир Владимирович Путин – человек, который никогда не принимает решение под давлением. Это известно. И поэтому, когда кто-то снимает фильм, в котором кого-то обвиняют, то действовать под давлением этого самого кино весьма себе сомнительного качества, это значит — давать возможность, инструмент внешним силам оказывать на свои собственные силы влияние. Поэтому вот такое решение точно не будет приниматься. Оно будет отложено по времени, что и произошло. Смотрите, произошли президентские выборы…

В. Ворсобин:

— Где же ваши законы тогда, Николай?

Н. Стариков:

— Послушайте, там никто никого в уголовных преступлениях не обвинял. И Медведев еще после очередного переизбрания Путина президентом побыл премьер-министром, а потом был отправлен в отставку. Вот я, например, глубоко убежден, что если бы не фильм Навального, то Медведев раньше бы отправился заниматься партийными делами и партийным строительством.

С политической историей все гораздо сложнее. Навальный был инструментом внутренней борьбы. Теперь он стал в гораздо большей степени инструментом внешней борьбы против России.

Я хотел процитировать, какую тональность взяла Великобритания, например. Вот передо мной текст из официального Telegram-канала посольства Великобритании в РФ. Итак, цитирую: «Возмутительно, что Алексей Навальный – жертва ужасного преступления, был задержан российскими властями. Он должен быть немедленно освобожден. Вместо того, чтобы преследовать Алексея Навального, российское правительство должно объяснить, почему на территории России применяется химическое оружие». Значит, в Киеве бузина, в огороде дядька… Прочитав этот текст, я тоже написал в Telegram-канале своем о том, что я возмущен тем, что кто-то смеет таким тоном разговаривать с великой Россией! Вот это возмутительно!

Знаете, хочу сказать, что британские партнеры читают Telegram-каналы, вышло следующее сообщение очень быстро. «Относительная реакция на задержание Алексея Навального и факта применения химоружия на территории РФ, еще раз поясняем: Россия добровольно взяла на себя ряд обязательств в рамках международного права, которые должны выполнять. Великобритания продолжит призывать Россию к соблюдению данных обязательств, в том числе, в рамках Совета Европы, ОБСЕ и так далее». То есть, перевожу с дипломатического на русский. Дорогие британские партнеры! Объясните нам, пожалуйста, применение химического оружия, о котором вы все время говорите, на территории Британии. Логика какая? Если на территории Британии применили якобы, по словам британской стороны, химическое оружие, в этом виновата Россия. Если опять же, по словам британской стороны, на территории России применили химическое оружие, кто виноват? Опять Россия. А какие доказательства у вас есть? У вас был суд? У вас ничего нет, если в Британии что-то случилось, то виновата Россия. Если в России, то виновата Россия. Очень удобно! И вот это дипломатическое сообщение! Просто наглость высшей пробы.

Значит, освободите Навального. И объясните нам что-то. Это вы нам объясните! Как вы можете разговаривать – одно государство с другим таким хамским тоном! Вот любой приличный человек не хочет, чтобы он стал инструментом борьбы против своей страны. Навальный таким инструментом стал.

В. Ворсобин:

— Николай, это ваша позиция. Знаете, нет такой русской традиции, когда человек сидит в тюрьме, а тут злорадствуют по этому поводу. Но бог с этим.

Н. Стариков:

— Подождите! А кто злорадствует?

В. Ворсобин:

— Ну, есть ощущение, знаете? Я не могу это доказать, но…

Н. Стариков:

— Вот это сейчас важный момент! Владимир, прежде чем вы зададите вопрос, важно! Давайте я поясню, почему кураторам Навального было важно, чтобы его арестовали? Потому что сейчас начнет разыгрываться та же самая карта, которая разыгрывалась в Белоруссии. Ну, похожий сценарий. Навального сажают. Его жена на фоне всего этого заявляет, что она идет в политику, будет баллотироваться в Госдуму. А потом в 2024 году она обязательно пойдет на президентский пост.

Здесь что важно? Сам Навальный, что бы он ни говорил, не может баллотироваться даже в нынешнем состоянии с условными сроками, но обладает определенным авторитетом, да, это есть. И вот если его посадить, то весь его рейтинг автоматически, особенно в России, где все любят обиженных, посаженных и так далее, перейдет на его жену. Вот в чем смысл плана. Поэтому как только прошла информация, что он заявлен в розыск, это было еще в декабре, он в тот же день заявил, что немедленно прилетает, точнее, его кураторы объяснили, что ты должен, Лешенька, срочно лететь в Россию.

Тут никакого злорадства нет. Просто есть понимание.

В. Ворсобин:

— Я хотел спросить именно об этом, но тогда чуть исправлю вопрос. Если все так ясно, а через полгода – через год это будет другая история, у нас люди очень жалеют тех, кто сидит в тюрьме, тем более, что он – автор многих разоблачительных историй. И ясно, будет белорусский вариант. А что, Кремль не понимает, что будет дальше? Его устраивает то, что появится вот эта женщина – его жена, которая будет с белым флагом там, с каким там, какие у них флаги, у оппозиции? Это нормальное развитие событий для Москвы? Для Кремля?

Н. Стариков:

— Во-первых, любой гражданин Российской Федерации, за исключением имеющих судимости, имеет право баллотироваться на любую должность в Российской Федерации. Как вы можете этому препятствовать?

В. Ворсобин:

— Николай, ну, давайте не будем разыгрывать…

Н. Стариков:

— Ну, вообще никак! И второе. Если вы заявили Навального в розыск – ФСИН, вы его не арестуете прямо в аэропорту, вы тем самым дискредитируете себя. Именно в этом ход Навального и его кураторов, поймите. Прилетает, когда выбора фактически точно нет. Его не могли не арестовать. Все вот эти хлопанья крыльями британского посольства, всевозможных европейских структур, Помпео написал, бывший посол Макфол и так далее. Это очевидно, что его должны в этой ситуации арестовать! И они требуют, возмущаются. Игра в данном случае идет без вариантов.

В. Ворсобин:

— Николай, 27 декабря Навальный был объявлен в розыск. Власть зачем-то объявила в розыск буквально несколько дней назад…

Н. Стариков:

— Сегодня какое число?

В. Ворсобин:

— В чем логика?

Н. Стариков:

— 18 дней назад.

В. Ворсобин:

— Да.

Н. Стариков:

— Мы должны спрашивать, не почему ФСИН 27 декабря объявила Навального в розыск. А почему она его не объявила раньше. И я вам отвечу, хотя ФСИН работает, на мой взгляд, очень странно и медленно. Появилась статья в западной прессе, в которой были опубликованы медицинские документы Навального из клиники, из которых было ясно, что он здоров. А раз здоров, должен прийти и отметиться.

В. Ворсобин:

— А, к отсидке готов.

Н. Стариков:

— Не к отсидке, а нарушает правила условного отбывания наказания. Все! Здоров. Прилетай и отмечайся. И он не прилетает и не отмечается.

В. Ворсобин:

— Подождите! Когда вы не хотите отвечать на вопрос, вы включаете законника, хотя сами понимаете, что все вот эти ваши речи формальны. Не об этом идет речь!

Н. Стариков:

— Подождите. Мы должны быть законниками и говорить о формальном. Ну, как? Есть закон.

В. Ворсобин:

— Вы всегда закон используете как ширму. И выглядит закон в этом случае очень жалко, когда он в ваших руках.

Н. Стариков:

— Во как! Ну, закон не в моих руках, во-первых, я предлагаю, все-таки, послушать наших уважаемых радиослушателей.

В. Ворсобин:

— У нас на связи Александр из Тюмени.

Александр:

— Здравствуйте! Николай, мне кажется, здесь все может стать понятным. Навальный же – обладатель Мальтийского ордена. Он — неприкасаемая личность. Кроме того, почему у нас так мило к нему относятся, потому что у нас тоже много и во власти вот таких орденоносцев. Или просто рыцарей. Ну, я думаю, что тут разыгрывается определенный сценарий, по которому будет такая политическая обстановка постоянная в таком напряжении. И потом понадобится…

Н. Стариков:

— Можно я вас прерву? Ордена какие-то изобрели…. Мальтийский орден — это не тот орден, который вешается на грудь, это совершенно другая структура.

Но то, что вы говорите, мне, например, не известно. Вы Навального в какой-то Орден записали. Неважно, есть ли у него орден, он ли в Ордене состоит. Возвращаемся к российским законам. Есть закон – должен закон соблюдаться.

Вот еще одно сообщение: «Стариков слабоват умом. Не оправдал надежды спонсоров в этой передаче. Надо же додуматься до такого – прилетать Навальному на отметку во ФСИН!» Дорогие товарищи, возвращаемся к тому, что закон един. Вот представляем себе ситуацию. Мистер Х совершил правонарушение. Российское правосудие присудило ему условный срок. Вопрос: мистер Х должен соблюдать? Должен. Ходить отмечаться? Должен. Сейчас мы даже не говорим, как его фамилия, любой. Потом мистеру Х становится плохо в самолете. И он определенным путем становится гостем канцлера, за ним самолет прилетает. В общем, большая международная история. Он находится в Германии. Вылечился.

Вопрос автору этого письма и всем остальным: после этого мистер Х должен отмечаться во ФСИН? Или сам факт того, что ему стало плохо в самолете, навсегда освободил его от необходимости соблюдать российское законодательство? Можно ему теперь вообще ничего не делать? Конечно, надо прилетать. Вернуться, находиться в России. Отмечаться и выполнять все то, что расписано и предписано тем, у кого условный срок. Любому человеку.

Следующий вопрос, который я уже хотел вам, Владимир, задать. Что делать, если мистер Х, находящийся где-то на лечении с уважительной причиной, поправился и не возвращается в Россию? Должна ли Федеральная служба исполнения наказаний осуществлять какие-то действия? На мой взгляд, должна. Ваш ответ, Владимир?

В. Ворсобин:

— А каким образом ФСИН убедилась в том, что он поправился?

Н. Стариков:

— Об этом публиковала совестливая западная пресса. Вы как демократ не можете не верить журналу «Ланцет», который опубликовал эту информацию.

В. Ворсобин:

— Но это же не официальные данные. Вы не возбуждаете уголовное дело по поводу воров и бандитов, которые изобличает пресса с помощью Навального, а теперь вы ориентируетесь на западную прессу, когда вам это удобно. Вы действуете законом как хитрым инструментом. В русском языке есть слово – дышло.

Н. Стариков:

— Дорогой мой человек, какое дышло, о чем вы говорите? Сам Навальный записал ролик, где сказал, что он здоров и летит на родину. Вы продолжаете считать, что он в бессознанке все это делает, не приходя в сознание?

В. Ворсобин:

— Когда он выздоровел – полетел на родину.

Н. Стариков:

— До того, как он полетел на родину, к нему возникли вопросы. Он же мог позвонить во ФСИН, отправить туда адвоката. В конце концов, слушайте, это он заинтересован в том, чтобы условный срок не стал настоящим.

В. Ворсобин:

— Браво, Николай!

Н. Стариков:

— Если человек, поданный в розыск, прилетает в аэропорт, что должны с ним делать? Я хочу, чтобы вы ответили. Вот человек в розыске. Прилетает на самолете. Что должны делать правоохранительные органы? Вариант первый: выполнять свои прямые обязанности. То есть его арестовать. Вариант второй: ничего не делать.

В. Ворсобин:

— Вы задаете вопрос и на него сами отвечаете. Вы можете немножко помолчать? Я предлагаю вообще ничего не делать. Я предлагаю дать возможность Навальному доехать до своей квартиры. Там ему принести повестку спокойно. Куда он явится, естественно. Он никогда не сбегал.

Н. Стариков:

— Какая повестка? Он в розыске.

В. Ворсобин:

— Да, в розыске. И что?

Н. Стариков:

— Преступникам, которые в розыске, всем надо давать повестку? Не нужно их арестовывать?

В. Ворсобин:

— Вы спросили – я ответил.

Н. Стариков:

— Забудьте о фамилиях. Возьмите просто – мистер Х. Вам так проще будет.

В. Ворсобин:

— Каждый раз индивидуально подходят к конкретному преступнику или подозреваемому. Если подозреваемый – злостный бандит, который все время скрывается, и можно ожидать, что он скроется, да. Но Навальный не относится к этому разряду. Ясно, что Навальный никуда не скроется. И то, что его сейчас законопатят в тюрьму, это вовсе не имеет никакого отношения к закону. Вы просто сооружаете сейчас частокол всяких статей, законных оснований для того, чтобы скрыть обыкновенное и самое прямолинейное желание власти упечь уже этого гада за решетку. И многие наши слушатели, судя по их откликам, вполне себе разделяют эту точку зрения.

Н. Стариков:

— Тут разные есть мнения.

В. Ворсобин:

— Давайте я задам вам вопрос. «Почему до сих пор не возбуждается уголовное дело по поводу отравления?» — спрашивает наш слушатель.

Н. Стариков:

— Я считаю, что это уголовное дело должно быть расследовано. Чтобы вся та братия, которая почему-то бутылочки куда-то вывозила, вот чтобы она ответила перед законом. Поэтому я как раз считаю, что это уголовное дело должно быть возбуждено. Но насколько я понимаю, это мой взгляд, что не хватает каких-то оснований. И Россия требует у Германии: пожалуйста, предоставьте основания, давайте нам какие-то конкретные данные. Вот наш министр Лавров сегодня выступает и говорит: ничего не дают. Прислали протокол беседы с Навальным и его женой. И всё. А результаты анализов пришлите?

В. Ворсобин:

— Возбудите уголовное дело.

Н. Стариков:

— Я считаю, что надо найти повод и возбудить уголовное дело. Но это сугубо моя точка зрения.

В. Ворсобин:

— Пресса сама уже расследует это дело. И уже фотографии подозреваемых, которых само следствие может проверить на состав преступления, опубликованы. Что еще нужно для Следственного комитета, чтобы возбудить уголовное дело?

В. Ворсобин:

— А если я сниму ролик и там размещу вашу фотографию в качестве подозреваемого в чем-то еще? Скажите, пожалуйста, Следственный комитет обязан возбуждать уголовное дело, если ролик снял Николай Стариков? Или возбуждать только по роликам, если их снял Алексей Навальный? Где эта граница?

В. Ворсобин:

— По закону, да. Потому что любая публикация в СМИ, любой сигнал через СМИ, через Ютуб даже, по поводу совершения преступления должен расследоваться Следственным комитетом, все факты должны проверяться. А потом той же общественности докладывать, что факты подтвердились или не подтвердились. Этого не происходит. Страусиная позиция. Потому что силовики, мне кажется, боятся выйти на самих себя. Есть такой вариант ответа.

Н. Стариков:

— Наши слушатели просят нас уже двигаться дальше. Мы с вами уже по кругу пошли. Я думаю, что мы свои точки зрения в этом смысле изложили. Моя точка зрения очень простая. Миллионы людей в России задают себе один вопрос: почему Навальный до сих пор не сидит и почему у него два условных срока? Я надеюсь, что в ближайшее время мы получим ответ на этот вопрос. И нам станет понятно, что в России закон действует.

Но проблема заключается в том, что кураторам и самому Навальному именно это и нужно. Но самая главная их цель иная. Для того, чтобы избирательная кампания Юлии Навальной была феерической, здоровской, в нее вписались все западные силы, им нужен труп Алексея Навального. Поэтому сейчас Навального надо охранять как зеницу ока.

Еще по теме

Поддержите нас
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews