Размытость критериев, по которым можно выделить фашизм как общественно-политическое явление, представляет огромную опасность, способствуя его возникновению в современном мире в новых формах.

Константин Сивков

Фашизм воспринимается как самое омерзительное общественное явление, «подаренное» миру Западной Европой почти 100 лет назад. Разгромленный в 1945 году и проклятый всем миром, он тем не менее пытается возродиться, меняя форму, но оставаясь неизменным по концептуальному содержанию. Возрождению фашизма в современном мире, помимо объективных социально-политических предпосылок, способствует и отсутствие однозначного определения этого явления. Разные источники дают свои трактовки, порой взаимоисключающие. Концептуальная основа часто теряется во множестве второстепенных признаков. В итоге появляются попытки приклеить фашистский ярлык даже тем странам и режимам, которые внесли наибольший вклад в его разгром.

Сам термин происходит от итальянского fascio, что переводится как союз. Бенито Муссолини назвал свою политическую организацию Fascio di combattimento, то есть «Союз борьбы». Отсюда и пошли фашисты и фашизм.

Фашизм рассматривается в двух основных аспектах: как форма государственного устройства и как определенная идеология. Естественно, то и другое тесно связаны. В идеологическом аспекте некоторые видные западные социологи выделяют такие признаки фашизма, как антимарксизм, антилиберализм и антиконсерватизм. Другие добавляют к ним две характеристики движения: принцип лидерства и партийность, третьи акцентируют внимание на национализме, авторитарном этатизме, корпоративизме, синдикализме, империализме, идеализме, волюнтаризме, романтизме, мистицизме, милитаризме и насилии. Социолог фашизма Хуан Линц дает такое определение: «Гипернационалистическое, часто паннационалистическое, антипарламентаристское, антилиберальное, популистское, частично антикапиталистическое и антибуржуазное, антиклерикальное или по меньшей мере неклерикальное движение, ставящее целью национальное и социальное объединение через единую партию и корпоративное представительство».

“Культ вождя присущ всем эталонным фашистским государствам. Но он имел место в истории человечества во множестве случаев”

Марксистская энциклопедия в части отношения фашизма к буржуазии определяет его диаметрально противоположным образом: «Раскрывается в террористических методах отстаивания классового господства буржуазии, в форме организации государственной власти, резко отличающейся от буржуазно-демократических порядков». В то же время трактовка близка выше приведенным определениям, называя в числе важнейших признаков фашизма применение крайних форм насилия для подавления рабочего класса и всех трудящихся, воинствующий антикоммунизм, отрицание любой формы демократии, оголтелый национализм, достигающий кульминации в расизме, обширные империалистические притязания, культ государства и «вождей», антигуманизм, разнузданная социальная демагогия, умение мобилизовать массовый базис, широкое использование государственно-монополистических методов регулирования экономики, максимальный контроль над всеми проявлениями общественной и личной жизни.

Советская историческая энциклопедия (в 16 т., 1961–1976): «В центре фаш. идеологии – идеи воен. экспансии, расового неравенства, класс. гармонии (теория народного сообщества и корпоративности), вождизма (принцип фюрерства), всевластия гос. машины (теория тотального государства). Весьма существенная черта фашистской идеологии – стремление выступать под чужим флагом с целью маскировки своего истинного содержания. Этой цели служила, в частности, спекуляция фашизма на популярности идей социализма в массах».

Используя многообразие и размытость определений и признаков фашизма некоторые «исследователи», делая акцент на второстепенных признаках, пытаются уровнять фашизм и модель государства, имевшую место в СССР, а также любые движения, направленные на возрождение национальной идентичности, суверенитета государств. Например, в Политическом словаре указывается: «При видимой противоположности идеологических установок (например, класс или нация) по способам политической мобилизации общества, приемам террористического господства и пропаганды к фашизму близки тоталитарные движения и режимы большевизма, сталинизма, маоизма и др. В условиях слабости демократических институтов сохраняется возможность развития движений фашистского типа и превращения фашизма в серьезную угрозу». Тем самым создается «теоретическая основа» для обвинения СССР в развязывании Второй мировой войны наряду с фашистской Германией.

Надо попытаться четко выделить признаки фашизма, отделив второстепенные от существенных. Наиболее очевидна опора на известные данные о государственном устройстве, идеологии и характере деятельности общепризнанных фашистских государств и соответствующих партий. Первыми в этом смысле следует назвать Германию и Италию. Однако примера двух государств недостаточно для полноценного вскрытия наиболее существенных признаков фашизма с отсеиванием второстепенных. В XX веке существовали и другие, режимы которых признаются большинством исследователей как фашистские. Например, франкистская Испания. Специфическим военно-фашистским считается во многих исследованиях режим Пиночета в Чили. На этих четырех и остановимся, поскольку ряд других государств – союзников Германии и Италии во Второй мировой войне имел в политическом спектре фашистские партии, но они не были в них правящими.

Среди признаков фашизма надо выделить те, которые обязательны для всех. Если таковых у государства или политического течения нет, в компанию с упомянутой четверкой их включить нельзя. Кроме того, надо выделить признаки по критерию исключительности. К ним относятся те, что присущи только фашистским государствам, идеологиям, политическим течениям и никаким другим.

Корпоративное государство как идеал

Начнем с классового аспекта. Здесь существуют три основных подхода. Согласно первому, присущему в значительной мере современным западным исследователям, фашизм – антибуржуазное течение. Второй подход основан на утверждении, что это новый социальный строй, краеугольным принципом которого является примирение классовых интересов, труда и капитала в корпоративном государстве. Это взгляд апологетов. Третий подход, принятый в советских источниках и трудах исследователей левой ориентации, утверждает, что фашизм – самая жесткая форма господства олигархической буржуазии. Если обратиться к примеру упомянутых стран, легко убедиться, что никакой антибуржуазности в них не было. Во всех четырех существовали и успешно развивались крупные частные корпорации. При этом в разных формах провозглашалось партнерство буржуазии, особенно крупной, и пролетариата, а также других слоев населения в государстве, которому все одинаково служат, каждый на своем месте. Идеи классовой борьбы находились под строжайшим запретом, а соответствующие политические партии и движения ликвидировались самым жестоким образом. А классовые различия сохранялись и даже углублялись. Получается, что идеи корпоративности, партнерства капитала и труда были лишь прикрытием – эффективным способом укрепления господства крупного капитала над трудящимся населением. Это явление имело место во всех фашистских государствах без исключения. В этом отношении советская система (пусть даже в самой жесткой форме своего устройства) была полным антиподом, поскольку представляла собой диктатуру пролетариата, имеющую целью построение бесклассового общества. Именно по этой причине руководство СССР считало фашистские государства самыми главными своими врагами. И это было взаимно.

Провозглашение идей классовой корпоративности, партнерства капитала и труда с исключением классовой борьбы – главный обязательный и исключительный признак фашизма. В этом отношении нельзя не согласиться с Георгием Димитровым, который определил фашизм так: «Фашизм – это не надклассовая власть и не власть мелкой буржуазии или люмпен-пролетариата над финансовым капиталом. Фашизм – это власть самого финансового капитала».

Тоталитарное государство признается в фашистской идеологии высшей и универсальной формой общественной жизни. Его доктрина исключает автономность каких-либо сфер или ценностей – религии, морали, искусства, семьи и других, все подлежит контролю и регулированию. Эта черта присуща всем известным в настоящее время фашистским государствам и политическим течениям, и она еще один обязательный признак фашизма. Однако не исключительный его атрибут. Например, монархии прошлого и настоящего в этом отношении ничем не уступают известным фашистским государствам.

Из тоталитаризма в госстроительстве и теории вытекает стремление обеспечить максимальный контроль над всеми проявлениями общественной и личной жизни, что также следует отнести к обязательным, хотя и не исключительным признакам фашизма.

Тесно связана с тоталитаризмом такая черта фашизма, как культ вождя, носителя абсолютной верховной власти. Это венец всей системы идеологических и политических отношений. Культ вождя был присущ всем эталонным фашистским режимам, пусть и в разной степени. Наиболее ярко, почти на мистическом уровне он выражался в гитлеровской Германии и муссолиниевской Италии. В Испании Франко также имел статус и влияние каудильо – вождя нации, как и Пиночет в Чили. То есть культ вождя присущ всем эталонным фашистским государствам. При этом он имел место в истории человечества во множестве случаев, начиная с древнейших времен. Достаточно вспомнить, что почти все монархии оправдывали свою власть божьей волей. Поэтому культ вождя следует признать обязательным, но не исключительным признаком фашизма.

Естественно, что культ вождя не может терпеть какой-либо конкуренции – он абсолютен. Поэтому антипарламентаризм и антилиберализм – неотъемлемые черты всех классических фашистских режимов. Но они, надо заметить, в этом не одиноки. Так, например, монархические режимы прошлого даже близко не допускали подобных явлений. А это означает, что эти признаки не являются для фашизма исключительными.

Иррационализм – основа мировоззрения

Как важную черту фашистской идеологии многие исследователи отмечают ее иррационализм, противопоставляющий научное знание и мировоззрение. Об этом прямо говорил главный гитлеровский пропагандист Геббельс: «Мировоззрение не имеет ничего общего со знанием». По мнению итальянских идеологов фашизма, в данном отношении он опирается на действие и чувство. Места рациональному знанию здесь нет. Но эти идеи, естественно, не касались прикладных естественно-научных исследований. Иррационализм был и остается важнейшим духовным инструментом фашистской власти, поскольку выводя мировоззрение и вытекающие из него социально-политические теории и практики из области разумного, он возводил их в статус сверхзнания, доступного немногим на уровне чувственного восприятия без логического объяснения, а значит, и не подлежащего критике и даже сомнениям.

Мировоззренческий иррационализм лидеров фашистских государств оказывал огромное влияние на принятие ими политических решений. Анализ событий Второй мировой и предшествующего периода свидетельствует о том, что эта черта была в той или иной мере присуща всем лидерам фашистских государств или даже отдельных течений. Иррационализм, освобождающий от тяжелого мыслительного процесса, обязательного при опоре на научное мировоззрение, очень привлекателен для интеллектуально неразвитых слоев общества. По этой причине иррационализм также можно считать обязательным признаком фашизма. Но он не является исключительным.

С иррационализмом фашизма тесно связаны такие проявления, как идеализм и волюнтаризм, которые отмечает известный исследователь фашизма Стенли Пейн. Эти признаки также следует отнести к обязательным, но неисключительным, поскольку в истории человечества государств и режимов, несших в себе эти черты, более чем достаточно, начиная с глубокой древности.

Антикоммунизм – неотъемлемый и, следовательно, обязательный признак фашизма. Однако он не является исключительно присущим фашизму – оголтелый антикоммунизм свойственен многим капиталистическим государствам до наших дней.

Апеллируя к практике Третьего рейха, многие исследователи отождествляют фашизм с национализмом. Однако опыт той же муссолиниевской Италии и франкистской Испании говорит о том, что в них выраженного нацизма, подобного тому, что имел место в гитлеровской Германии, не было. Надо полагать, что нацизм, особенно в его наиболее жестких формах, не может считаться обязательным признаком фашизма. Это разные, хотя в ряде случаев и взаимодополняющие явления. Тем более в современных условиях, когда крупный капитал, прежде всего финансовый, стал в значительной мере транснациональным, нацизм не может быть обязательным инструментом укрепления его господства.

По этой же причине нельзя считать обязательным признаком фашизма и национализм, особенно в его наиболее острой форме шовинизма, как бы ни доказывали обратное большинство исследователей. Если вспомнить режим Франко в Испании или Пиночета в Чили, можно заметить, что ни один из них не был носителем явного шовинизма. Даже национализм этих режимов можно признать весьма умеренным. Притом что, например, в США в свое время процветал махровый расизм. Ничего подобного не было в Испании Франко. Но никто не пытался США отнести к фашистским государствам, хотя фашистская партия в этой стране была в 30-е годы весьма влиятельной.

Империализм и милитаризм большинство исследователей также относят к признакам фашизма. Однако если проанализировать политику в этом аспекте других стран, многие из которых считаются вполне демократическими, мы увидим: почти все геополитические центры силы капиталистического мира – носители империализма и милитаризма. Например, Второй рейх императора Вильгельма, Великобритания на протяжении всего XIX и первой половины XX века, современные США. Притом франкистская Испания или Чили при Пиночете никак не могут считаться милитаристскими и тем более империалистическими. Поэтому эти признаки не являются ни обязательными, ни тем более исключительными для фашизма.

Таким образом, главным отличительным признаком фашизма, который присущ исключительно этой социально-политической системе и идеологии, является идея корпоративного государства, в котором якобы обеспечивается партнерство капиталистов и трудящихся масс при сохранении и даже углублении классовых различий. В числе других обязательных для фашизма, но не исключительно ему присущих признаков выделяются тоталитаризм со стремлением установить максимальный контроль жизнедеятельности каждого гражданина общества, культ вождя и государства, иррационализм в мировоззрении, идеализм и волюнтаризм.

Можно анализировать и другие признаки, но основные, обязательные для фашизма уже определились. Прочие, как показывает анализ, не являются обязательными для этой идеологии и практики. Опираясь на эти критерии можно осмыслить современные тенденции с выявлением в них признаков фашизма.

Еще по теме

Поддержите нас
Новости ОНЛАЙН
Россия 24lifenews