Высокая скорость создает благоприятные условия для преодоления нашей суперторпедой любой противолодочной обороны. США и их союзники как на Атлантическом, так и на Тихоокеанском ОТВД бессильны против «Посейдонов».

После представления нашему обществу и миру новейших и перспективных образцов вооружения идет активное обсуждение их возможностей. Особый интерес к суперторпеде «Посейдон». К сожалению, более или менее обоснованных оценок не дается – преобладают декларативные заявления в диапазоне от «абсолютно неуязвима» до «никуда не дойдет – уничтожат». Есть смысл рассмотреть вопрос подробно.

Что НАТО в принципе способно противопоставить нашему «Посейдону»? Так как это оружие представляет собой высокоскоростной подводный объект, противодействие ему на маршруте движения и в районе выполнения боевой задачи смогут оказать только противолодочные силы, а точнее, система океанской ПЛО Соединенных Штатов и НАТО на Атлантическом ОТВД и те же США с их союзниками – на Тихоокеанском. Кроме того, в случае проникновения «Посейдона» в зону противолодочной обороны корабельных группировок, таких как АУГ и АУС, ему будут противодействовать силы этих оперативных формирований.

“Сравнительно малое время работы гидроакустических буев и их высокая стоимость делают поиск торпед таким способом чрезвычайно дорогим удовольствием”

Из заявлений нашего президента, а также по данным Интернета известно, что максимальная скорость «Посейдона» может достигать 100 узлов (более 185 км/час). Возникает вопрос: возможно ли такое? Ответ положительный. В СССР были созданы подводные лодки со скоростью подводного хода более 45 узлов. Современные торпеды достигают и большей скорости. Так что 100 узлов для торпеды вполне реальны. Второй вопрос: может ли она двигаться с такой скоростью на протяжении всего маршрута по энергетике? Ответ также положительный – ЯЭУ это позволяет. Эксперты обсуждают возможность движения торпеды на малых скоростях (12–15 узлов) для максимальной скрытности. Это реально, однако надо еще оценить, как лучше обеспечить боевую устойчивость «Посейдона» – за счет высокой скорости или скрытности. Глубина движения суперторпеды (по данным из Интернета) может достигать километра и более. Это также очень важный показатель для оценки боевой устойчивости, поскольку дает основания учитывать глубоководную гидрологию. Судя по опубликованным фотографиям и видеороликам, торпеда имеет водометный движитель, существенно менее шумный, нежели используемые ранее винты. А габариты «Посейдона» в сравнении с подводной лодкой невелики, оценочно – 60–70 тонн водоизмещения. Это также важно для расчета вероятности обнаружения активными гидроакустическими средствами поиска. Форма торпеды, судя по опубликованным картинкам, традиционна. Важно отметить, что в спектре ее шумов низкочастотной составляющей, по оценкам наших и иностранных экспертов, быть не может. Целесообразный вариант применения – пуск из прилегающих к нашему побережью районов морей и океанов, где боевая устойчивость ее носителя обеспечена, с последующим движением через океан (Атлантический или Тихий) к назначенной цели.

Что может противопоставить «Посейдону» система ПЛО вероятного противника? В Интернете много публикаций по этой проблеме. Одна из них (автор Владимир Хвощ) посвящена построению противолодочной обороны в Атлантике на конец 80-х. Это был период расцвета системы. В дальнейшем, после распада СССР противолодочные силы и средства существенно сократились. Однако в перспективе она в связи с нарастанием военной напряженности между Россией и США будет воссоздаваться. Возьмем для расчетов именно эти данные. На схеме показано построение системы противолодочной обороны на Атлантическом ОТВД. Из него видно, что это глубокоэшелонированная система обороны, опирающаяся на стационарную систему подводного наблюдения СОСУС. В составе маневренных противолодочных сил группы надводных кораблей (КПУГ), включая авианосные (АПУГ), подводные лодки и базовая патрульная авиация (БПА). Аналогичная по структуре развернута на Тихоокеанском ОТВД. Оценим возможности обнаружения и уничтожения нашей торпеды «Посейдон».

Начнем с системы СОСУС, представляющей собой совокупность береговых гидроакустических станций, которые используют размещенные на океанском дне многокилометровые протяженные антенны. Работают они в диапазоне инфразвуковых частот. Уже по этому признаку СОСУС не сможет обнаружить «Посейдон», не излучающий скорее всего звуковых колебаний на таких частотах. Между тем СОСУС в системе ПЛО ОТВД играет ключевую роль – его станции способны обнаруживать подлодки, имеющие в спектре шумов инфразвуковую составляющую на расстоянии до тысячи километров и более. Именно это делает противолодочную океанскую систему в целом эффективной. Иначе надо обследовать огромные океанские пространства маневренными силами. По названной причине бесполезны для поиска «Посейдона» и корабельные ГАС с протяженными антеннами. Эффект могут дать только гидроакустические средства, работающие в высокочастотном диапазоне, как активные, так и пассивные.

Тут нужен краткий экскурс в область законов распространения звука в воде. Дальность распространения колебаний зависит от поглощения звуковой энергии конкретной средой. Коэффициент поглощения возрастает с увеличением частоты колебаний. Поэтому инфразвуковые составляющие спектра можно обнаружить на огромных расстояниях, а высокочастотную составляющую на весьма ограниченных.

Океан не обшаришь – слишком большой

Если проанализировать известные из открытых источников тактико-технические данные ГАК подводных лодок США (например в статье Владимира Хвоща), можно увидеть, что энергетическая дальность их обнаружения в режиме шумопеленгования лежит в пределах 90 километров, а в активном – около 70. Эти данные обычно приводятся без привязки к характеристикам подводной цели, в качестве которой практически всегда рассматривается подлодка. Очевидно, что высокоскоростная торпеда «Посейдон» может быть обнаружена подводной лодкой США в режиме шумопеленгования на достаточно большом расстоянии – существенно дальше, чем малошумная субмарина. Однако это по энергетике. Океан может как резко увеличить дальность обнаружения шумящей цели, так и сократить. Торпеда, идущая на большой глубине, может оказаться прикрытой глубоководным слоем скачка, который работает как экран, отражающий звуковые колебания. И тогда дальность обнаружения торпеды упадет до нескольких километров, сколь бы сильно она ни шумела.

Что касается применения активного режима ГАК подводной лодки, то он для поиска «Посейдона» бесполезен – по водоизмещению торпеда уступает подводной лодке на два порядка. Соответственно в разы меньше ее ЭПР. А значит, дальность обнаружения в активном режиме сокращается в несколько раз.

Неуловимый «Посейдон»

Теперь сопоставим размеры зоны поиска (неважно, на каком ОТВД – Атлантическом или Тихоокеанском) и дальность обнаружения подводной лодкой торпеды «Посейдон». ОТВД больше на три порядка. Но этого мало. Обнаружив «Посейдон», подлодка должна выйти в позицию залпа. А это весьма проблематично при скорости нашей торпеды 100 узлов. Фактически подлодка должна быть в пределах ограниченного сектора носовых курсовых углов относительно движения «Посейдона». Вероятность этого минимальна. Таким образом, можно констатировать, что подлодки США и их союзников мало чем помогут против «Посейдона».

Для надводных кораблей ситуация хуже. В отличие от подлодок они не имеют возможности маневрировать глубиной погружения и защитой от обнаружения нашему «Посейдону» служат даже приповерхностные слои скачка. К тому же основным режимом ГАК при поиске подводных целей в данном случае является активный, при котором дальность обнаружения суперторпеды значительно меньше, чем подводной лодки, в силу его в разы меньшей ЭПР.

Остается противолодочная авиация. Самолеты берегового и палубного базирования могут использовать для поиска «Посейдона» радиогидроакустические буи (РГАБ) и магнитометры. Последние абсолютно бесполезны в силу малости размеров нашей торпеды и большой глубины ее хода. Остаются РГАБ. Глубина опускания их гидрофона может превышать 300 метров. Спектр шумов пассивных РГАБ лежит в пределах от инфразвукового до звукового. При этом дальность обнаружения может достигать 20 километров и более. Время работы – несколько часов. Активные РГАБ применяются главным образом для выдачи целеуказания оружию по ранее обнаруженным подводным целям.

Противолодочный самолет может обследовать достаточно большую площадь. У него не будет проблемы с выходом в позицию атаки. Однако дальность обнаружения нашей торпеды РГАБ может радикально сократиться под влиянием глубоководных слоев скачка. Да и размеры обследуемой самолетом площади все равно на три порядка меньше вероятной акватории применения «Посейдона». К тому же сравнительно малое время работы РГАБ и их высокая стоимость делают поиск торпед таким способом чрезвычайно дорогим удовольствием. Так что возможности засечь «Посейдон» противолодочными самолетами более чем скромны.

Остаются вертолеты. Они могут помимо РГАБ и магнитометров применять для поиска «Посейдона» и опускаемые ГАС (ОГАС). В отношении первых двух все соображения, высказанные применительно к самолетам, справедливы в еще большей мере. Остается надежда на ОГАС. Однако их возможности ограниченны. Как правило, ОГАС используются при допоиске подводных лодок, ранее обнаруженных другими средствами, для выдачи целеуказания на применение по ним оружия. Дальность согласно открытым источникам – в пределах 20 километров. По «Посейдону» этот показатель значительно сократится. Глубина погружения антенны ОГАС не позволяет заглянуть под слой скачка даже относительно мелкого залегания. Ограниченное время патрулирования и радиус действия вертолетов делают их малоэффективным средством поиска «Посейдона».

Различные позиционные системы контроля подводной обстановки, работающие в звуковом диапазоне, как пассивные, так и активные, неспособны обеспечить контроль океанских пространств. Констатируем: возможности по обнаружению «Посейдона» у противолодочных сил США, НАТО и их союзников чрезвычайно ограниченны.

Ядерная бомба не панацея

Подводную цель мало обнаружить, ее надо еще и уничтожить. Наиболее эффективное средство поражения – противолодочные торпеды. Анализ ТТХ такого оружия показывает, что максимальные скорости движения лежат в пределах 50–60 узлов, а маршевые – 30–40. Глубина хода – до километра. А дальность действия ГСН – максимум чуть более двух-трех километров в активном режиме по подлодке. При этом если торпеды, пущенные из ТА, как правило, следуют к цели по кратчайшему пути, то сброшенные с самолетов и вертолетов, а также головные части ракетоторпед обычно движутся по расходящейся спирали, осуществляя допоиск цели. Анализируя возможности прицельного попадания в «Посейдон», идущий со скоростью около 100 узлов, делаем вывод: торпеда имеет шанс поразить его, лишь оказавшись точно впереди по курсу на дальности действий ГСН. Вероятность такого события ничтожно мала. Констатируем: главное противолодочное оружие современности против «Посейдона» бесполезно.

Остается надежда на атомные глубинные бомбы, применяемые с самолетов, или ядерные боевые части противолодочных ракет, таких как американский «Саброк». Тем более что пуск «Посейдона» означает: война на взаимное уничтожение уже в самом разгаре. Принципиально поражение «Посейдона» этим оружием возможно, достаточно рассчитать место встречи ядерной глубинной бомбы с суперторпедой с учетом времени подготовки ПЛР к старту с подводной лодки и полета к цели, погружения ядерной боеголовки на заданную глубину, а при применении глубинной бомбы с самолета – его выхода из зоны поражения взрывом. Однако и тут возникают проблемы. Если наша торпеда, несущаяся со скоростью 100 узлов, будет двигаться на нерегулярном зигзаге, выйти в точку атаки весьма проблематично. Во-первых, самолету с использованием РГАБ, тем более подводной лодке чрезвычайно сложно в режиме шумопеленгования определить с требуемой точностью место встречи с целью. Во-вторых, даже в случае успешной выработки исходных данных для применения ядерного противолодочного оружия за время, необходимое для его доставки к точке взрыва и выхода носителя из зоны поражения, наша суперторпеда, отвернув в очередной раз, может с определенной вероятностью выйти из зоны поражения взрывом. Тем не менее именно ядерная глубинная бомба может стать единственным относительно надежным средством уничтожения обнаруженного «Посейдона». Правда, при этом никто не может помешать сделать так, чтобы в случае поражения «Посейдона» он в последнее мгновение своего существования взорвал термоядерный мультимегатонный заряд. Срабатывание боевой части суперторпеды при ее гибели будет иметь катастрофические последствия для стран, расположенных вблизи района взрыва и противолодочных рубежей: Норвегии, Англии, Японии, а также в значительной мере дезорганизует в данном оперативно важном районе систему ПЛО, тем самым облегчая ее преодоление суперторпедам, следующим за погибшей.

Таким образом, «Посейдон» чрезвычайно малоуязвим при имеющихся на сегодня противолодочных силах вероятных противников – США и их союзников как на Атлантическом, так и на Тихоокеанском ОТВД, При этом из проведенного анализа следует, что более предпочтительным с точки зрения боевой устойчивости для нашего «Посейдона» является режим движения с максимальной скоростью. Несмотря на повышенную шумность, именно высокая скорость создает суперторпеде благоприятные условия для преодоления противодействия противолодочных сил. Тем более что последние оптимизированы для борьбы именно с относительно тихоходными и малошумными целями.

популярный интернет

Еще по теме

Архив

Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews
Авиабилеты и Отели