Константин СивковНынешние представители высшего военно-политического руководства России в отличие от предшественников выдвинули эту проблему на первый план. Уже не только киберзащита, но и информационная безопасность в более широком смысле становится предметом особого внимания.

Даешь идею

На конференции («Справедливость как оружие») впервые, причем несколькими авторитетными выступающими, было выдвинуто предложение возложить ответственность за психологическую и информационную безопасность на Вооруженные Силы РФ. Основанием для такого решения называются наименьшая степень коррумпированности армии и флота, сохранение в ВС РФ четкой и дееспособной структуры, а также традиций, имеющих вековые корни. Подчеркивалось, что морально-этические качества организаторов и участников информационных войн наряду с их высокой квалификацией – ключевое условие успеха в данной сфере противостояния государств. Это близко опыту Китая, где именно на структуры НОАК возложено обеспечение информационной безопасности. Отмечалось, что в данном контексте исключительно своевременный шаг – воссоздание в ВС РФ Главного военно-политического управления (ГВПУ).

Привлекаемые силы и средства не должны осознавать факт своего участия в информационной войне

Красной нитью через всю конференцию прошла идея о создании в России системы информационного противоборства как важнейшей составной части обеспечения национальной безопасности. Подчеркивалось, что именно эта система будет «постоянно воюющей», поскольку в данном противостоянии не бывает мирного времени, борьба идет непрерывно.

Представителями высшего военно-политического руководства была высказана мысль о необходимости иметь в России национальную идеологию или идею как важнейшее условие успешного противостояния внешней информационной агрессии. Выступавшие сформулировали требования к идеологии, которая могла бы быть принята большинством населения в стране и за рубежом. Из этого вытекает необходимость иметь полноценную, научно обоснованную систему взглядов о целях развития нашего государства, его перспективном облике, желаемом для России мироустройстве и других идеологических компонентах.

Важная особенность исторического момента, отмеченная несколькими выступавшими, – мировоззренческая, идеологическая и концептуальная дезориентация западных элит, осознающих, что доминировавшие в их обществе взгляды либерального фундаментализма теряют свое влияние, причем быстро.

Конференция продемонстрировала необходимость создания в стране полноценной системы информационного противоборства. Однако высказанные оценки и взгляды свидетельствуют, что полноценной теории на этот счет в России пока не создано. Похоже, нет ее и в странах Запада, в том числе в США. Китай, создавший подобную систему, также, судя по целям и задачам, которые на нее возлагаются, рассматривает ее весьма ограниченно.

Складывается впечатление, что теоретики сводят информационное противоборство к двум основным областям: кибернетическому и психологическому, стесняясь говорить об идеологическом или даже шире – мировоззренческом противоборстве, пытаясь доказать, что оно в прошлом. На самом деле все далеко не так, если вспомнить противопоставление традиционных и либерально-фундаменталистских ценностей. Между тем наш президент позиционирует на международной арене себя и нашу страну как хранителя и защитника именно традиционных ценностей. Так что мировоззренческое и идеологическое противостояние вернулось.

Мало говорят и об информационном противоборстве в научно-технологической сфере, сводя все к промышленному шпионажу. Хотя куда большие угрозы таят «технологические бомбы и диверсии». При внимании к официальным СМИ и киберпространству игнорируются неформальные механизмы распространения информации, в частности различные слухи. Не анализируются разные виды демонстративных действий как важнейший инструмент информационного противоборства. Они не увязываются единым замыслом и планом, рассматриваются как отдельные самостоятельные сферы борьбы или хуже того – как частные акции, относящиеся к сфере искусства, без серьезной научной базы. Между тем все мероприятия информационного противоборства следует рассматривать как единый процесс. А саму ИВ можно определить как совокупность взаимных воздействий противостоящих государств с целью разрушения информационной среды противника и сохранения целостности своей. Это противоборство имеет ряд важнейших особенностей, качественно отличающих его от противостояния в иных сферах.

В отличие от иных инструментов противоборства, таких, в частности, как традиционные вооружения или механизмы экономической войны, информационные средства, как правило, не приводят к нанесению противнику материального ущерба или, наоборот, предотвращению такового своей стране. Результат проявляется опосредованно, через снижение эффективности усилий противостоящей стороны или даже с переходом части ее представителей к акциям, наносящим ущерб собственному государству.

Важный аспект ИВ, отличающий ее от иных видов противоборства, в высокой степени зависимости от точности согласования большого количества относительно слабых по уровню воздействий. Это определяет в качестве ключевой задачи координацию разнородных сил, действующих совершенно различными способами. Поэтому роль планирования и организации в информационной войне существенно выше, нежели в традиционном вооруженном противоборстве.

Еще одна отличительная ее черта – объектом воздействия наряду с противником является и свое государство. Здесь силы информационной войны решают задачу сохранения его стабильности. При этом ресурс, выделяемый на внутренние операции, в определенных случаях (в частности при ведении информационной обороны) может существенно превышать предназначенный для воздействия на противника.

Всем миром

Эффективность ИВ в решающей степени зависит от разнообразия привлекаемых сил и средств. Поэтому задействуются все основные властные структуры и негосударственные образования.

В пресловутой «арабской весне» теория управляемого хаоса продемонстрировала полную неэффективность

1. Официальные дипломатические органы, которые решают свойственные им задачи политико-правового и дипломатического обеспечения.

2. Международные негосударственные организации, основное предназначение которых – формирование благоприятного международного морально-психологического фона деятельности государства, а также выполнение отдельных информационных акций.

3. Государственные и негосударственные органы, СМИ как основное средство информационно-психологического воздействия на население и руководство иных стран, инструмент обеспечения информационной стабильности внутри страны.

4. Политические партии и движения, религиозные организации, учреждения культуры, творческие союзы, которые должны выступать основной консолидирующей силой народа внутри страны и важнейшим фактором идейной, духовной и гуманитарной экспансии.

5. Научные учреждения и общества, призванные стать важной компонентой поддержания благоприятной информационной среды внутри страны и фактором внешней научно-технологической и культурной политики.

6. Государственная инфраструктура (энергетика, транспорт и связь), топливно-энергетический и сырьевой комплекс, промышленность – основной инструмент проведения информационных акций экономическими методами.

7. Властные органы и структуры, обеспечивающие военную, политическую и внутреннюю безопасность государства: различные спецслужбы и армия, негосударственные военизированные формирования как основной силовой инструмент ведения ИВ.

Выбор оружия

Любое воздействие материальной или информационной природы следует рассматривать как метод изменения состояния информационной среды объекта (противника или своей системы).

Применение тех или иных методов определяется условиями обстановки. Так, действия в идейно-религиозной, информационной, научной, культурной и дипломатической сферах могут вестись непрерывно вне зависимости от состояния отношений с иными государствами. Экономическое давление, как правило, включается, когда дипломатические и информационные методы показали свою неэффективность. Оно применяется при достаточной информационно-психологической и дипломатической поддержке. Действия структур безопасности государства как в пределах государства, так и вне их могут осуществляться также непрерывно и в тесной увязке прежде всего с действиями в идейно-религиозной, информационной и дипломатической сферах против геополитических противников. Войска в ходе ИВ применяются в основном для «демонстрации силы».

Разнородность участвующих структур определяет необходимость теснейшей увязки действий единым замыслом и планом. При этом привлекаемые силы и средства в абсолютном большинстве не должны осознавать факт своего участия в ИВ. Это предъявляет исключительно высокие требования по секретности к органам планирования и управления.

Первые шаги

К сожалению, наша страна пока не всегда может нейтрализовать информационное давление. Это, по всей видимости, определяется отсутствием у нас действенных государственных инструментов подобного противоборства. Если они и есть, то, очевидно, неэффективны.

Чтобы наша страна грамотно противостояла информационной агрессии, нам как минимум нужно иметь дееспособную систему ИВ, основу которой составили бы специализированные части и соединения. Но строить эту систему только внутри ВС РФ принципиально неправильно. Органы руководства ИВ должны иметь общегосударственный статус и соответствующие полномочия. Поэтому управление этой системой должен осуществлять президент страны как Верховный главнокомандующий не только ВС РФ, но и сил информационной борьбы через специальный высший орган управления силами и средствами ИВ, по статусу приравненный к Генеральному штабу. А организационная структура и численный состав должны позволить осуществлять все основные функции руководства информационным противоборством в масштабе страны.

В ВС РФ должна быть сформирована подсистема информационного противоборства как отдельная функциональная компонента наряду с СОН и ССО. Ее основным предназначением будет решение задач информационного противоборства в операциях и боевых действиях, проводимых ВС РФ для обеспечения военной безопасности. В организационном отношении специализированные части и соединения ИВ (в перспективе могут появиться и объединения), вероятно, следует выделить как род войск.

Тут надо особо подчеркнуть: так как информационная борьба значительно шире политико-воспитательной работы и спецпропаганды, предполагает привлечение сил и средств с существенно более масштабными целями, а не только для подрыва морального духа противника, но и, в частности, для введения его в заблуждение, система ИВ ВС РФ не может находиться в подчинении ГВПУ. В ВС РФ должны быть созданы специальные органы управления ИВ.

Нужна эффективная теория противоборства в информационной сфере. Ничего подобного, судя по характеру деятельности наших СМИ и других известных проявлений российской активности в данной области, у нас нет. Правда, и в США не удалось создать что-либо приемлемое – во всяком случае претендующая на роль таковой «теория управляемого хаоса» продемонстрировала неэффективность в пресловутой «арабской весне».

Необходимы и соответствующие руководящие документы. В частности, в России нужно иметь концепцию ИВ. Стратегии информационной безопасности недостаточно, поскольку она отражает лишь, скажем так, оборонительную составляющую информационной борьбы. Но, как известно, одной обороной войны не выигрываются.

В заключение надо отметить, что любая армия ИВ бессильна, если она не опирается на привлекательную прежде всего для собственного народа, а также и для населения других стран идеологию, которая для информационного противоборства как боеприпасы для вооруженных сил. Приняв в качестве главенствующей идеологии капитализм, наша страна неизбежно признает американское духовное лидерство со всеми вытекающими из этого последствиями, сколько бы мы ни пытались это отрицать, ссылаясь на «особый путь». Его, собственно, и нет – наш современный капитализм лишь неудачная калька с американского. Мы были полноценно суверенны, будучи носителями социалистической идеи – альтернативы капитализму, главным идеологом которого выступали США. Чтобы иметь шансы на успех в современной информационной войне, Россия должна предложить миру идеологию, альтернативную капитализму, более привлекательную в XXI веке.
популярный интернет