Дискуссии о том, нужно ли вести переговоры с террористами, периодически возникают и в России. У известного востоковеда, президента Института Ближнего Востока Евгения Сатановского – своя точка зрения на сей счет.

Евгений Сатановский— Евгений Янович, сторонники переговоров с ИГ есть не только в Лондоне, но и у нас. Как вы относитесь к этой идее?

— Есть большая разница между тем, что говорят люди по сути, по форме, и как это слышится и воспринимается. Некоторые наши политологи говорят о том, что у тех, из кого состоят радикальные исламисты (это, в первую очередь, суннитские племена, баасисты) есть разные страты, разные группы. Говорить можно с шейхами племен, которые, как правило, поступают разумно, если поставить их перед выбором: физическое уничтожение их населенных пунктов, их клана, их племени – либо интеграция в нормальную государственную систему при условии отказа от физического уничтожения иноверцев, т.е. прекращения перерезания глоток и отрубания голов людям другой веры или другого народа.

Там есть баасисты, т.е. люди, которые просто исключены из власти кретиническим развитием событий, которого добились наши американские коллеги вместе с официальным Багдадом, с которыми тоже можно разумно говорить: «ребята, перестаете заниматься тем, чем занимаетесь в рамках геноцида и религиозного фанатизма, и находите свое место в структуре власти».

Другое дело, что перед тем, как начинать этим заниматься, надо давать гарантии. Не случайно в Сирии гарантии дает русский переговорный центр на базе в Хмеймим, и без этих гарантий там бы не было сотен населенных пунктов, вышедших из гражданской войны. А в ситуации с Ираком кто этим будет заниматься? Дэвид Петреус всем уже в свое время все обещал. Суннитское ополчение Сахва покончило с «Аль-Каидой», и их обманули, их никуда не включили, не дали кусочек от нефтяного пирога, их начали отстреливать, изничтожать их шейхов.

Третья группа, составляющая «Исламское государство», — это исламисты, принципиальные, идеологизированные аль-каидовцы чистой воды. Абу Бакр аль-Багдади и все те, кто с ним. Это террористический интернационал, наемники, джихадисты-профессионалы. Не важно, воюют они в Ливии, в Тунисе, взрывают Европу или идут на Кавказ. Вот с этими людьми вы не можете говорить – с ними говорить не о чем.

— Зачем в Англии такая дискуссия началась и с какой целью такие призывы звучат?

— А дело в том, что проект ИГИЛ финансируется Катаром, у которого много инвестиций и в Туманный Альбион, и в Америку, и куда угодно. Люди реально занимаются отмыванием денег. Они люди честные. Что значит зачем? Затем. «Уплочено» — дайте продукт, вот и все. А что такого?

— Вы думаете, что Смит непосредственно отрабатывает эти деньги?

— Мне все равно, чьи деньги он отрабатывает. Он или клинический идиот, или популист характерного для Европы и Британии типа, который Черчилль когда-то называл овцой в овечьей шкуре, либо нормальный вполне себе жулик, которых мы видим на политической арене в количестве десятков тысяч. А кто они – канцлеры Германии, премьер-министры Британии, не говоря уже о каких-то там лейбористских лидерах, или президенты Франции – лично мне совершенно все равно. Да хоть президент США Барак Хусейн Обама, не говоря уже о Хиллари Клинтон! Абсолютно да, из этой категории. И что? Поскольку я это говорю, в том числе, нашим западным коллегам, так чего же мне вам это не сказать?

Это не мое собачье дело, я не гражданин Европы, у меня нет там собственности и счетов, поэтому мне все равно, сколько у кого денег и в какой форме зарабатывают на исламистах и на поддержке исламистов их спонсоры, европейские и американские политики. Не мое дело, что потом там 11 сентября в США и теракты в Европе. И не мое дело, вообще-то говоря, почему в каком-нибудь британском четвертьмиллионном городе полторы тысячи изнасилований девочек за год пакистанской бандой, а местные политики их боятся, а местная полиция их не трогает, чтобы, упаси Господь, ее за расизм не привлекли. Ну, они так живут, хороня свою Европу! Я-то что могу сделать? Не замечать этого не готов.

Или все может быть проще: может быть, у этого достойного джентльмена Смита избиратели – сплошные сочувствующие ИГИЛу, в его муниципальном округе. Из Пакистана и арабских стран. Откуда я знаю, какой у него состав избирателей? Были же у Галлоуэя циничные люди по его округу. Прецедент – окраина Брюсселя Моленбек: за 25 лет местный мэр на голосах радикальных исламистов превратил этот свой Моленбек в заповедник террористов со свободным рынком оружия, и это бельгийский пригород столицы. Рядом столица НАТО, никакой полиции не заглядывало. Именно оттуда пошли террористы, взрывавшие брюссельский аэропорт и отстреливавшие Францию. Ну и что? Мэру было хорошо, это его избиратели.

— Жуткая ситуация.

— Почему она жуткая? Она гораздо жутче, она катастрофичная, когда полиция боится открывать дела на уголовников с убийствами и массовыми изнасилованиями, чтобы их не обвинили в расизме, когда политики все это прикрывают. Когда нельзя – в той же Германии — открыть дело по изнасилованию мигрантами, потому что это расизм. А таких случаев сотни, переходящие в тысячи. Что тут жуткого? Это так, мелочи.

— Возвращаясь к теме переговоров…

— Колоть надо это суннитское единство! Нельзя давать радикальным экстремистам террористического, криминального, уголовного типа возможность представлять суннитов, быть их лидерами. Надо колоть этих басмачей на тех, с кем можно договориться о нормальном сосуществовании ценой их выхода из этого террористического режима, и на тех, с кем это невозможно и кого можно лишь уничтожить. Невозможно влезать в шиито-суннитскую войну или в прочий бред. Некоторые наши политологи – например, Алексей Малашенко — говорят именно об этом! И он прав. Это как с Ахмат-хаджи Кадыровым: согласитесь, что нравится он или не нравится куче народу, но это или воевать до тех пор, пока всех не придушишь (но тогда это геноцид), или надо было расколоть все это безобразие. При этом с человеческой и биографической точек зрения мне куда более симпатичен Дудаев и Масхадов, чем муфтий Чечни. По крайней мере, советские офицеры. Но с точки зрения военно-политической логики, это было неизбежно. Привело ли это к замирению и интеграции Чечни в Россию? Привело. Вот эти вещи надо делать.

А брать «Исламское государство» и поднимать этих ребят на щит, при этом боясь, не дай Бог, их обидеть, сказав, что терроризм – это нехорошо, а насиловать белых девочек не надо, – это немножко неправильно. А англичане-то говорят об этом. Есть практика, сложившаяся десятилетиями, шариатских зон, в которые полиция не заходит, и многого другого. Вот и все.

comments powered by HyperComments

Еще по теме

Популярное Видео





Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24lifenews
Авиабилеты и Отели