Заявление президента США о скором выводе американских военнослужащих из Сирии стало сенсацией, породившей в журналистских, политических и экспертных кругах России, в мировых СМИ дискуссию, интенсивность которой, насколько можно судить, много выше, чем вероятность того, что сказанное Трампом является чем-то иным, кроме обычного для него зондирования обстановки и попытки пустить всех по ложному следу. По крайней мере действия Пентагона прямо противоположны этим словам.

Евгений СатановскийУкрепление американцев в районе Манбиджа свидетельствует о том, что разногласия между Вашингтоном и Анкарой не только не преодолены, но и становятся непреодолимыми. США не могут и не хотят отказаться от опоры на курдов. Турция не может и не хочет отказываться от продолжения военной операции против курдов на севере Сирии.

Одновременно США продолжают пытаться организовать давление на Тегеран как путем формирования антииранской коалиции из арабских стран, так и убеждая страны ЕС переформатировать «ядерную сделку», вернувшись к политике санкций. Ни то ни другое не получается. «Арабское единство» оказалось фантомом, притом что конкуренция в этом мире оказалась куда более острой, чем предполагалось американскими аналитиками, опирающейся на геополитические интересы основных региональных игроков. Цена вопроса, который пытается решить администрация Трампа в попытке сплотить арабов против Ирана, не просто слишком высока. Сам вопрос неразрешим, так как для большинства арабских стран Иран далеко не главная проблема. Тем более это касается европейцев. Настоящая статья сформирована на базе материалов эксперта ИБВ Ю. Щегловина.

Трамп троллит Пентагон

Заявление Дональда Трампа о необходимости вывода американских войск из Сирии привело в замешательство Пентагон, прорабатывавший предложение об увеличении численности войск в Сирии. По данным американского оборонного ведомства, сейчас там дислоцированы порядка двух тысяч военнослужащих США. Высказывания президента, помимо пиара и дезинформации (Трамп полагает себя большим конспиратором и часто пытается дезинформировать в отношении своих действий не только противников, но и партнеров), большой смысловой нагрузки не несут. Возможно, он решил поиграть на нервах американских военных, чье чрезмерное присутствие в администрации стало его напрягать. В противном случае при реализации такого сценария США надо будет признать провал стратегии по сдерживанию российско-иранского влияния. Причем не только в Сирии, но и во всем Ближневосточном регионе.

Катар не прекратит поддерживать лояльные себе отряды в Ливии и на Синае, не станет закрывать «Аль-Джазиру» и выводить турецкие войска

А это максимально затруднит работу США по всем направлениям региональной политики, начиная от ревизии сделки по ИЯП и заканчивая попыткой реализовать свой проект ближневосточного урегулирования. Не говоря уже о том, что влияние России и Ирана в регионе резко усилится. К региональным державам пришло осознание того, что режим Башара Асада удержался и будет существовать в долгосрочной перспективе. Даже наследный принц КСА Мухаммед бен Сальман в интервью журналу «Тайм» сказал: «Башар останется. Я думаю, в его интересах не позволить иранцам делать все что заблагорассудится». И выразил надежду, что армия США закрепится на территории Сирии. Без американского прикрытия начнется экспансия правительственных войск и турок на севере, в том числе в Идлибе, где сосредоточены основные силы просаудовской «Джебхат ан-Нусры».

Восстановление статуса Дамаска как единственного законного правительства начинает оформляться. Группа арабских стран намерена потребовать восстановления членства Сирии в Лиге арабских государств (ЛАГ) на предстоящем 15 апреля в Саудовской Аравии саммите этого регионального сообщества. Алжир, АРЕ, Ирак, Кувейт, Ливан, Мавритания, Марокко, Палестина и Оман (9 из 22 стран – членов ЛАГ) высказались за возвращение Сирии в ряды сообщества, приостановленное в ноябре 2011-го. Тогда Саудовская Аравия, Катар и ряд других стран оказали финансовую и военную помощь вооруженным формированиям, выступившим против законного правительства. Позиция России, поддержавшей Дамаск в войне против террористических группировок и восстановлении контроля над большей частью территории республики, повлияла на изменение подходов арабов к конфликту.

Остается предположить, какие трансформации произойдут в сознании арабских лидеров в случае ухода американцев из Сирии. Напрашиваются прямые аналогии с Афганистаном и Вьетнамом. По сведениям арабских дипломатических источников, высокопоставленные представители Ирака и Египта могут направиться в Дамаск, чтобы пригласить президента Башара Асада участвовать в саммите ЛАГ. В случае достижения консенсуса по этому вопросу к ним может примкнуть король Иордании Абдалла II. Но даже если Асада и не будет на саммите, процесс уже пошел. Выход американских сил из Сирии все расценят как слабость США, которые не устояли перед Ираном, Россией и Турцией. Поверить в то, что Вашингтон пойдет на такой вариант, невозможно.

Шаги американских военных говорят о том, что уходить они не собираются. Американцы начали обустраивать под Манбиджем две новые военные базы: одна в деревне Дадат, вторая южнее. В самом Манбидже при этом продолжают дислоцироваться силы не только «Демократического союза» (ДС), но и Рабочей партии Курдистана (РПК). Действия Пентагона, помимо констатации провала всех американо-турецких усилий по поиску компромисса по курдскому вопросу, говорят о том, что США не собираются покидать Сирию.

Главное – дивиденды

Администрация Трампа решила отсрочить до сентября запланированный на май саммит с арабскими лидерами, который предполагалось провести в американской столице или в загородной резиденции президента в Кемп-Дэвиде. По данным «Рейтер» со ссылкой на представителей администрации, причины – продолжающийся дипломатический кризис вокруг Катара, а также подготовка к встрече с лидером КНДР Ким Чен Ыном, которая должна состояться до конца мая. Трамп хотел бы, чтобы в саммите участвовал выдвинутый им 13 марта на пост госсекретаря Майкл Помпео, экс-директор ЦРУ, кандидатуру которого пока не утвердил сенат.

Трамп 21 марта провел встречу в Белом доме с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Сальманом Аль Саудом. Ожидается, что он встретится с эмиром Катара шейхом Тамимом бен Хамадой Аль Тани и наследным принцем эмирата Абу-Даби Мухаммедом бен Заидом Аль Нахайяном. Белый дом не раз заявлял, что намерен урегулировать конфликт между арабскими странами и Катаром, объединить государства Персидского залива и убедить их сосредоточиться на противодействии Ирану. Верится в это с трудом. Американцев, как всегда, подводит пренебрежение страноведческими деталями.

5 июня 2017 года КСА, ОАЭ, Бахрейн и АРЕ заявили о разрыве дипломатических отношений с Катаром, обвинив Доху в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. За этим последовали экономические санкции и транспортная блокада эмирата: страны региона закрыли свое воздушное пространство для катарской авиации. Позднее «квартет» сформировал список требований, которые в Дохе сочли невыполнимыми и призвали пересмотреть. В их числе понижение уровня дипломатических отношений с Ираном, закрытие телеканала «Аль-Джазира», прекращение военного сотрудничества с Турцией. Все эти требования невыполнимы.

Вашингтон неоднократно призывал арабских союзников ослабить экономическую блокаду Катара, указывая, что это затрудняет борьбу в регионе с группировкой «Исламское государство» (запрещенной в РФ). В реальности на базе «Эль-Удейд» в Дохе расквартированы 11 тысяч военнослужащих США и стран контртеррористической коалиции. Там же – крупнейшая база радиоэлектронной разведки США, которая держит под контролем половину Ближнего Востока, и региональное командование американской армии, курирующее операции в Сирии и Ираке. Не стоит забывать об оружейных контрактах между Катаром и США, которые были заключены сразу после ссоры «арабской четверки» с Дохой. Она выводит Вашингтон из роли беспристрастного арбитра. Тем более что Трамп сначала спровоцировал открытую ссору между арабами, а затем умыл руки и получил дивиденды с обеих сторон в виде оружейных сделок.

При этом региональная борьба между «арабской четверкой» и Катаром – Турцией не только не прекратилась или затихла, но и активизировалась. Реальных рычагов влияния на эту ситуацию американцы не имеют, от них откупились все. В этой связи можно предположить: отсрочка встречи арабских лидеров связана не с их противостоянием. Вопрос в отсутствии реальных подвижек в убеждении Вашингтоном арабских союзников по принятию нового плана БВУ. Первая попытка зондирования позиции лидеров арабских стран была предпринята американцами в марте во время конференции по гуманитарной ситуации в секторе Газа.

Никогда мы не будем с «братьями»

В Белом доме состоялась конференция с участием представителей ООН, Евросоюза, аппарата «квартета» международных посредников по ближневосточному урегулированию (РФ, США, ООН и ЕС), а «также 20 стран, включая Израиль и многие арабские государства», на которой обсуждались пути выхода из ухудшающейся гуманитарной и экономической ситуации в секторе Газа. Конференция была организована старшим советником и зятем президента Джаредом Кушнером, cпецпредставителем администрации на международных переговорах Джейсоном Гринблаттом, сотрудниками Совета национальной безопасности при Белом доме и Госдепартаменте. В кулуарах основные тезисы этого плана обсуждались и одобрения у абсолютного большинства арабских лидеров не получили.

В пользу отсрочки саммита и последние по времени события в Газе. На их фоне обозначилась единая позиция арабских лидеров по вопросу перспектив БВУ. Суть обозначил король КСА Сальман в телефонном разговоре с Трампом. Саудовский монарх отметил неизменность позиции королевства по палестинскому вопросу и законность прав палестинского народа на создание независимого государства со столицей в Восточном Иерусалиме. Он подчеркнул необходимость продвижения мирного процесса на Ближнем Востоке. Это ответ на инициативы Кушнера, центральное место плана которого – создание столицы палестинского государства в пригороде Иерусалима. Не сработала попытка американцев решить гуманитарные проблемы Газы по новому «плану Маршалла» для палестинских территорий в обмен на принятие американского варианта урегулирования.

Администрация президента США решила в качестве первого шага добиться видимого примирения «арабской четверки» и Дохи на единой антииранской платформе. При этом Катар, по некоторым данным, финансирует ряд шиитских милиций в Ираке в ответ на аналогичные заигрывания со стороны Эр-Рияда. Сомнительно, что попытка американцев увенчается успехом – сложно ожидать перехода заверений в дружбе в практическую плоскость. Это означает конец регионального соперничества от Африканского Рога до Синая и Ливии, что очень маловероятно.

Вопросы борьбы с ИГ тут ни при чем. От ее спонсирования и поддержки в Ираке и Сирии Доха давно отказалась. Но на Синае катарско-турецкая поддержка группировки «Вилайет Синай» будет продолжена. Противостояние «арабской четверки» с Катаром и стоящей за ним Турцией имеет глубокие корни, завязанные на глобальное региональное соперничество. Разговорами о «дружбе» и необходимости вместе противостоять «иранской экспансии» эту ситуацию не исправить. Для ОАЭ и АРЕ в отличие от КСА и Бахрейна угроза со стороны «Братьев-мусульман» гораздо более значима, нежели иранская агрессия.

ОАЭ в период санкций против Ирана предоставляли торговые площадки для финансовых транзакций и масштабной контрабанды товаров. Такие операции идут до сих пор. В военной концепции ОАЭ Иран не указывается в качестве источника военной агрессии, вероятность которой оценивается как «крайне малая», несмотря на территориальный спор. То же самое справедливо и в отношении Каира. Для последнего партизанская война на Синае и террористическая активность внутри страны несравненно более важны, чем иранские происки. Вопрос внутриарабского противостояния в данном случае гораздо более обширен. Это прежде всего экономическое соперничество, которое связано с установлением контроля над большинством портов в Красном море, регионе Африканского Рога и части Индийского океана. Последнее время конкуренция начала активно проявляться и в Африке. Противостояние идет не только по оси «арабская четверка» – Турция – Катар, но и между КСА и ОАЭ, на стороне которых играют египтяне. В этой связи усилия американской администрации могут привести к общей встрече, но не к консенсусу. Катар не прекратит поддерживать лояльные себе отряды в Ливии и на Синае в противовес ОАЭ и АРЕ, не станет закрывать «Аль-Джазиру» и выводить турецкие войска. Для достижения компромисса необходимо, чтобы Катар публично отказался от ставки на «Братьев-мусульман» как глобального инструмента распространения влияния в мусульманском мире. Это подрывает его позиции в арабских странах, где «Братья» инкорпорированы во власть. Плюс скажется на альянсе с Турцией, где эта идеология является проправительственной. Главное – неясно, зачем это Катару. Он успешно во многом благодаря потеплению отношений с Ираном преодолел попытки «арабской четверки» задушить эмират блокадой и наращивает противостояние ей по всем направлениям.

Трудно сказать, понимают ли это в Белом доме. Там явно неправильно оцениваются реальные мотивы и основные угрозы национальной безопасности для всех сторон этого конфликта. В Вашингтоне уверены в универсальности лозунга иранской угрозы как инструментария воссоздания арабской солидарности. Это очень примитивный взгляд на вещи: главная угроза для нее – арабы, а не персы. В этой связи попытки Вашингтона создать общеарабский антииранский блок обречены на неудачу. Иран и шииты не рассматриваются в арабском мире (кроме КСА и Бахрейна), как абсолютное зло. Да и во внешней политике КСА и Катара обозначились тенденции к отходу от узкоконфессионального подхода к выбору потенциальных союзников в арабском мире, что особенно видно на примере Ирака, где Эр-Рияд активизировал контакты с шиитскими лидерами.

Торговля санкциями

12 мая президент Трамп должен объявить по итогам дискуссий между США, Великобританией, Германией и Францией, остается ли Вашингтон в Совместном всеобъемлющем плане действий (СВПД) по иранской ядерной программе. По данным экспертов, вероятность выхода США составляет 70 процентов, и в этом случае Трамп спровоцирует новый кризис атлантической солидарности. Брюссель свою позицию не изменил, несмотря на давление, хотя оно ослабло с уходом со своего поста госсекретаря Р. Тиллерсона. Новый госсекретарь М. Помпео пока никаких попыток на этом направлении не делал.

Стоит отметить, что СВПД утверждался резолюцией 2231 Совета Безопасности ООН и любые изменения им должны быть одобрены. Без подключения России и Китая они будут недействительными. Американцы скорее всего не станут педалировать процесс консультаций. Основную посредническую роль в этом вопросе взял на себя Париж. Французы пытаются убедить Тегеран разделить СВПД и ракетную программу. Ранее в Иране заявляли, что введение санкций будет автоматически означать ликвидацию ядерной сделки. Активность Парижа в этом вопросе понятна: он выдвигает вариант «спасения лица» Трампа и тем пытается вернуться на саудовский рынок ВТС, откуда США Францию вытеснили.

Рискнем предположить, что ее усилия не приведут к компромиссному соглашению между Вашингтоном и Тегераном. Тем более что остальные участники СВПД заняли выжидательную позицию и, похоже, со своей реакцией на выход США из сделки определились. Наиболее реальным сценарием развития событий будет выход США в мае из СВПД. При этом никаких санкций (по крайней мере ощутимых) Вашингтон в отношении ЕС вводить не будет. Таким образом, Трамп сохранит лицо, а ЕС – экономический интерес. При этом сделка останется в силе, а США будут безуспешно пытаться подвергнуть ревизии ракетную программу Ирана, которая не подпадает под резолюции Совбеза ООН. В противном случае это вслед за американскими пошлинами на сталь обозначит очередной виток экономической войны, когда европейцы переведут свои компании под юрисдикцию ЕС в качестве приоритетного источника права, что они делали не раз.

Судя по всему, решение вывода «европейских компаний из-под возможных санкций» будет обсуждать президент Франции Э. Макрон во время визита в США 24 апреля. Так, корпорация Total станет добиваться разрешения на эксплуатацию месторождения «Южный Парс» в Иране даже в случае американских санкций против этой страны. Об этом заявил глава корпорации Патрик Пуянне. Сомнительно, что французы уйдут, если не получат разрешения от США. Откупные от Вашингтона в виде доли аравийского рынка вооружений в таком случае должны быть несоизмеримыми. Они не ушли из России после введения соответствующих санкций, а Берлин не отказался от проекта «Северный поток-2». Когда речь касается экономики, ЕС становится очень стойким игроком. Как бы события ни развивались, они играют на Россию и Китай, поскольку либо убирают конкурентов с рынка, а Москва получает гарантии сохранения стабильности своего экспорта в силу отказа ЕС и ряда стран от иранских углеводородов, либо оставляют в силе сделку и тем самым порождают кризис по линии ЕС – США.

популярный интернет


comments powered by HyperComments

Еще по теме

Популярное Видео



Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews
Авиабилеты и Отели