Ровно год спустя бывшие спецназовцы МВД Украины, работающие теперь в Москве, рассказали «КП», как противостояли толпе в центре Киева

Беркут майданЗа столом, напротив меня пьют чай трое новых сотрудников спецназа московской полиции: 21-летний Анатолий, 39-летний Евгений и 38-летний Роман. Анатолий в украинском «Беркуте» был милиционером-кинологом, Евгений — командиром взвода, а Роман служил в штурмовой группе.

За минувший год земляки успели получить работу, российское гражданство, перевезти в Москву свои семьи.

Разговор был нелегким и начался с просьбы не показывать лица и не упоминать фамилии. У них на Украине еще остались родственники.

НЕ ЗАБЫТЬ ЛИЦО ЖЕНЩИНЫ, БРОСАВШЕЙ В НАС КАМНИ

— Что вспоминаете при слове «майдан»?

Анатолий: — Злые окрики. Нам кричали, что мы убийцы. Предлагали перейти на сторону майдана. Горящие бутылки с зажигательной смесью бились о щиты. Перед глазами лицо женщины, которая бросала камни и убегала.

Евгений: — Как «правосеки» выдергивали наших пацанов и избивали.

Роман: — Запах горелой резины — дышали ей почти месяц. Привез в Россию некоторые вещи оттуда. Они не отстирываются, и запах не дает забыть этот кошмар.

— Кто стоял против вас на майдане?

Анатолий: — Когда мы их задерживали, у них не оказывалось с собой документов. Говорили, что «они ничего не делали, просто проходили мимо». Потом выяснялось, что их нанимали в селах Западной Украины, где трудно найти работу. Доставляли автобусами в Киев, расселяли, кормили, а потом еще платили за хулиганские акции.

ОНИ СТРЕМИЛИСЬ ПРОБИТЬ ШЛЕМ, РАНИТЬ, УБИТЬ

— Чувствуете вину за то, что не разогнали майдан, который привел к развалу Украины?

Роман: — Никто из нас тогда не мог даже представить, что так все произойдет. Мы выполняли приказы и не могли вести себя иначе.

Евгений: — Стараюсь даже не думать об этом.

— Приходилось лично задерживать участников майдана?

Анатолий: — Задержал мужчину с длинной палкой, на конце которой была цепь с гарпуном. Он бил ей по шлемам, а когда гарпун пробивал каску, он срывал ее и бил опять. Когда обыскивали его, увидели, что сам он был в бронежилете.

Роман: — Перед нами стояла толпа с флагами. Древки были деревянные. На верхушке торчал 10-сантиметровый заточенный гвоздь. Таким орудием они стремились пробить шлем, ранить, убить.

ПОБИТЫХ, ПОРЕЗАННЫХ РЕБЯТ ОТБИВАЛИ У ТОЛПЫ С БОЕМ

— Сами пострадали на майдане?

Роман: — Во время последних атак чувствовали себя как спартанцы. Среди сослуживцев было много битых. В столкновении подвернул ногу, отошел в тыл. Присел, но, к счастью, не успел снять шлем. Страшный удар в защитное стекло. Первая мысль — прилетела пуля. Вытащил из дырки в шлеме стальной шарик от подшипника. Такими майдановцы стреляли из рогаток. Если в первые дни майдана мы с нежеланием брали щиты, то в последние недели с ними не расставались.

Евгений: — Пацаны мои горели у меня на глазах… Звучали бессмысленные приказы. Представьте: перед вами десятитысячная толпа, а вам приказывают зайти в нее, чтобы задержать человека. Мы послали десятерых, а из толпы вернулись семеро. Троих пацанов избили, порезали ножами, и даже когда приехала «Скорая», их еще долго не хотели отдавать медикам. Отбивали с боем.

МОГЛИ РАЗОГНАТЬ. НО ПРИКАЗ БЫЛ «СТОЯТЬ»

— Кто, по-вашему, режиссировал майдан?

Роман: — Горожане нам рассказали, что активистов майдана видели то в немецком, то в американском посольстве, то в местном офисе бандеровцев.

Евгений: — Мы могли разогнать майдан, если бы не наше руководство, которое приказывало нам «стоять» на месте. Мы могли бы моментально перекрыть митингующим подвоз еды, оружия, стройматериалов. Не пришлось бы кого-либо разгонять — майдан разошелся бы сам. Но такого приказа так и не отдали.

— Кто все-таки стрелял на майдане? Кто убил почти сотню человек?

Анатолий: — Стрелять? Нам даже активно защищаться не разрешали! Евгений: — В МВД Украины в декабре 2013 года на Яценюка и прочих оппозиционеров были собраны уголовные материалы, которых бы хватило, чтобы отправить их всех в тюрьму. А в январе эти дела приказали прекратить — выходит, была у них с Януковичем договоренность? Вот эта безнаказанность и привела к братоубийству и войне. Думаю, что к кровавым провокациям имеют отношение иностранные спецслужбы, а стреляли активисты «Правого сектора» (радикальной организации, запрещенной на территории РФ. — Ред.).

Анатолий: — Стрелять… Нам даже активно защищаться не давали.

ЗА ДЕНЬ УРНУ КЛЯУЗ ДРУГ НА ДРУГА НАБРОСАЛИ

— Как оцениваете правление Порошенко и его команды?

Роман: — Созваниваюсь со знакомыми и не верю ушам. На Украине сейчас все пишут друг на друга кляузы. Недавно в Краматорске перед горисполкомом украинские военные установили стеклянную урну, написали, что туда можно бросать жалобы на тех, кто поддерживает сепаратистов. Через день урна была полная!

Евгений: — Близкие живут в напряженности — топор можно в воздухе вешать, повестки разносят как смертные приговоры, все друг от друга прячутся.

Анатолий: — У меня на Украине остались двое друзей, но и с ними стараюсь о политике не говорить. По всем каналам там идет реклама: надо «освободить Донбасс от русских террористов».

Роман: — Война везде одинакова: четче видны худшие и лучшие качества человека. Но на Украине на поверхность одновременно вылезли фашизм, национализм, бандеровщина, чьи-то бизнес-интересы, амбиции. Я сам 1976 года, помню СССР, было нормальное детство. Я с удивлением вижу украинцев, которые хоть и старше меня, но отказываются вспоминать эти годы, отказываются думать о будущем своих детей.

ПОКА ПО ЗУБАМ НЕ ДАШЬ, НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИТСЯ

— Если бы случилось вернуться на год назад, что бы вы сделали?

Роман: — Я пытался что-то изменить, но, когда понял, что бесполезно, уехал в Москву. Люди, которые замыслили эту войну, все просчитали: закачали деньги, настроили общественное мнение. Вот пример: до евромайдана по Украине прокатился автомайдан. Так нам запрещали даже смотреть в сторону этих автомобилей. Они сначала, как и в Москве разные «антихамы», боролись со взятками, хамством на дорогах, парковками. А потом резко поменяли окраску. Уже после майдана моих сослуживцев стал отлавливать спецназ и возить на допросы к таким вот общественникам. Тогда я понял, что делать на Украине больше нечего.

— Вы уже познакомились с российской оппозицией на Манежной площади. Что скажете: есть симптомы майдана?

Анатолий: — Мне нравится, что любые попытки раскачать общество в России пресекаются. Мы тут на митингах сразу выделяем провокаторов, удаляем их из толпы, отправляем в райотдел.

Роман: — Нравится, что действия полиции тут поддерживает как власть, так и в целом народ на улице. Добро должно быть с кулаками.

— Вернулись бы на родину, если бы Порошенко сменил другой президент?

Анатолий: — Туда я уже не вернусь — сплошной негатив там.

Роман: — Хотел бы видеть Украину спокойной и процветающей. Но служить буду только народу России.

Евгений: — Наши семьи уже сделали выбор. А Украине желаю только добра

http://www.kp.ru/daily/26343/3226211/

comments powered by HyperComments

Еще по теме

Ростислав Ищенко (новое видео)
Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24lifenews
Авиабилеты и Отели