Выступив с лекцией в Балтийском Федеральном университете имени Канта, Анатолий Вассерман прибыл на улицу Артиллерийскую, в западный филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ. Там было запланировано главное мероприятие визита — публичная дискуссия на тему русофобии в Прибалтике и на Украине. Забегая немного вперед, только этими темами дело не ограничилось. Однако, обо всем по порядку.

Анатолий ВассерманО «профессиональных украинцах»

— Это все мне пока не понадобится, — молвил Вассерман, стаскивая с себя знаменитую жилетку перед тем как усесться в кресло на сцене, оставшись в обычной футболке и брюках, также изобиловавших туго набитыми карманами.

И с места в карьер приступил к изложению заявленной темы, начав с Незалэжной, что выглядело вполне логично с учетом того, что политолог сам является уроженцем Одессы.

По Вассерману, русофобия на Украине отличается от прибалтийской русофобии, прежде всего, причинами.

— Украинцы — это на самом деле часть русского народа, несколько веков пробывшая под нерусским владычеством. За это время заметно ополяченная, но сохранившая русское самосознание и оставшаяся в пределах русской культуры. И когда те же поляки с подачи австрийцев, бывших тогда хозяевами на юге Польши, принялись продвигать тезис о том, что украинцы — это не русские, это ожидаемо встретило активное сопротивление народных масс. С тех пор задачу добиться того, чтобы русские на тех землях, что когда-то принадлежали Польше, перестали считать себя русскими проводят, как говорится, и лаской, и таской. Тем русским, кто соглашался отречься от своей русскости, австрийцы предоставляли разнообразные политические и коммерческие привилегии. Были учреждены специальные фонды для финансирования теоретиков вроде Михаила Грушевского — кстати, впоследствии председателя Украинской Центральной Рады. Он прославился, например, тем, что, публикуя обнаруженные в западных архивах древнерусские документы, неукоснительно заменял в них слова «Русь» на «Украина», а «русский» — на «украинец».

Тут стоит отметить вполне однозначное отношение Вассермана к «державной мове».

— Если мы не считаем блатную феню отдельным языком, то нет основания считать таковым и украинский, — убежден Вассерман. — Неудивительно, что украинские русские, даже не осознавая этого, подсознательно тяготеют к русской культуре. Поэтому единственный способ нынешних правителей Украины продемонстрировать независимость — это постоянно провоцировать конфликты с Россией.

Материальное стимулирование при этом играет столь же важную роль, как и во времена австрияков. Поэтому Вассерман упомянул о сформулированном им термине «профессиональный украинец», под которым подразумевается человек, надеющийся извлечь прибыль при помощи антироссийской риторики и действий.

О прибалтийском самомнении

Вассерман считает, что в отличие от украинской, прибалтийская русофобия основывается не на идеологических, а на экономических причинах.

— В СССР республики Советской Прибалтики были своего рода витриной для Запада, — объясняет он. — Поэтому при прочих равных они находились в преимущественном положении для размещения здесь высокотехнологичных производств, позволявших неплохо зарабатывать.

Эти привилегии сыграли злую шутку: прибалты и впрямь поверили, что они лучше русских приспособлены к подобному труду. Их не смущало даже то обстоятельство, что весьма значительную часть занятых в сфере высоких технологий составляли как раз русские. А, например, радиозаводы строились и в республиках Средней Азии — по причине того, что у тамошних жителей, напрактиковавшихся в сборе хлопка, развилась моторика пальцев, необходимая для сборки микросхем. (По той же причине в Япониии Южной Корее аналогичные производства размещали в районах, где жило много мастеров ручной вышивки.) Плюс к тому, успела забыться довоенная нищета прибалтийских лимитрофов, приведшая в итоге к установлению сначала в Литве, а затем в Латвии и Эстонии фашистских диктатур. Зато всячески культивировалась (причем не только на местах, но и с началом Перестройки — в Москве) память о 20 годах, прожитых вне России.

— В постсоветский период главным итогом прибалтийской русофобии стал провал экономики, когда старые производства были разрушены, а ничего нового в замен так и не создали, — продолжает Вассерман. — И вот теперь внушается, что злые русские якобы неустанно мстят прибалтам за их свободолюбие. Причем народ, в свое время поддержавший действия властей, склонен принимать такие объяснения.

О крымских страйкболистах

Аудиторию интересовали и куда более конкретные вопросы. В частности, почему вместе с Крымом в Россию не забрали родную Вассерману Одессу, а также многострадальный Донбасс.

— В основном, потому, что Одесса за это не проголосовала, — просто ответил Анатолий Александрович. — Знаете, все эти рассказы насчет «вежливых людей» в Крыму содержат изрядные преувеличения. «Вежливые люди» всего лишь не позволили вооруженным силам Украины исполнить поступивший из Киева преступный приказ о применении силы против жителей полуострова. Все остальное сделали сами крымчане. На фотографиях тех дней видны люди с автоматами АК-103 — это экспортный вариант автомата Калашникова в страйкбольном варианте. А Крым у любителей страйкбола всегда был особенно популярен. Поэтому с вероятностью в 99, 9 процента все это не российские «вежливые люди», а местные страйкболисты. Которые и вправду трудно отличимы (особенно для неспециалиста) от настоящих военных по внешнему виду. Почему одесские страйкболисты не поступили аналогичным образом, судить не берусь. Что касается Донбасса, то там ошибка заключалась в совмещении референдума по дате с юридически ничтожными выборами президента Украины. В результате нагнали целую стаю наблюдателей со всего мира — но только не в Донецк и Луганск, чтобы те не смогли засвидетельствовать правомочность референдума. Почему Россия не ввела войска по просьбе законного президента Януковича? Как ни грустно, потому. что без труда задавив явных террористов, РФ получила бы, минимум, половину местного населения, убежденного в том, что их оторвали от сытой европейской кормушки. Явная пассивность жителей стала следствием мощной украинской пропаганды, ну а сегодня остается только ждать, когда сработают самые убедительные доводы — голод и холод.

Об угрозе германизации

Калининградцы, пожалуй, не были бы калининградцами, не спроси они гостя о его видении «проблемы германизации региона». Предупредили ли Вассермана об этом организаторы визита или сработал могучий интеллект Анатолия Александровича, но с ответом он не замедлил ни на секунду.

— Хочу предупредить русских, которые попытаются переделать себя в германцев: сами немцы их никогда не примут, поскольку у них совершенно иная концепция национальности, — сразу расставил точки над «i» политолог. — Ну а насчет того, возможна ли здесь германизация, хочу заметить, что процесс украинизации занял почти полтора века и на всем его протяжении вкладывались громадные силы и средства. В России я сегодня не вижу тех, кто мог бы предпринять аналогичные по масштабам усилия для продвижения германизации вашего региона, зато вижу тех, кто может этим попыткам успешно противостоять. И вообще, бороться с германизацией в случае чего придется не столько в Калининграде, сколько в Москве. Поэтому, если мне вдруг дадут знать о возникших здесь соответствующих тенденциях, я первым делом постараюсь организовать расследование в столичных кругах.

популярный интернет



comments powered by HyperComments

Еще по теме

Новые комментарии
Популярное Видео




Архив
Новости ОНЛАЙН
Россия 24lifenews
Авиабилеты и Отели