19 августа 1991 года создан Государственный комитет по чрезвычайному положению — ГКЧП. В него вошли вице-президент Союза Советских Социалистических Республик, глава союзного правительства, шестеро руководителей силовых и крупнейших хозяйственных ведомств. Они объявили президента Михаила Сергеевича Горбачёва недееспособным по болезни и заявили программу восстановления экономической и политической стабильности.

Открытым текстом напоминаю: на 20 августа намечалось подписание девятью из пятнадцати республик нового союзного договора, резко ослабляющего единство страны по сравнению с предыдущим договором, заключённым 30 декабря 1922 года, но заметно лучшего, нежели уже сложившееся положение дел.

Горбачёв и его команда поставили политическую телегу впереди экономической лошади. Члены ГКЧП решили закрутить политические гайки, а заодно и в экономике возродить приоритет общегосударственных задач.

Но для возврата уже требовалась сила. Надо было не врать о болезни Горбачёва, а открытым текстом объявить об его аресте. Вместе с прочими, кто уже разваливал страну. Кстати, вопреки народу, абсолютным большинством проголосовавшему за сохранение СССР. Это ведь и называется демократия, или я что-то путаю?

Когда абсолютно уверен, что защищаешь права сограждан, нужно вести себя максимально жёстко. Но у организаторов ГКЧП такой уверенности не было. Их готовили к подковёрным интригам под идеологическим соусом, а не к открытой борьбе.

При телетрансляции пресс-конференции ГКЧП весь мир поразил крупный план трясущихся рук вице-президента Геннадия Ивановича Янаева. Намеченное задержание президента Российской Федерации Бориса Николаевича Ельцина не состоялось — наоборот, вопреки установленным ограничениям работы СМИ в прямой эфир вышло его публичное обращение, где ГКЧП назван государственным переворотом, а его решения не подлежащими выполнению.

Мой партнёр по многим интересным работам Нурали Нурисламович Латыпов в тот день открытым текстом сказал: нельзя переворачивать страну с пустой головой и полными штанами.

Советские элитарии, умеющие филигранно выходить из партийных передряг, оказались не готовы к реальной борьбе за власть. Последствия победы самозваных демократов над ГКЧП очевидны: потери хозяйства и населения страны в лихие девяностые больше, чем в Великой Отечественной войне.

Ельцин соучаствовал в разрыве России по республиканским швам, а через пару лет танками сокрушил тех, кто попытался напомнить ему о демократии с конституцией. Он власть из рук не выпустил. Пролил столько крови, сколько ему понадобилось. Заодно вырастил лояльных себе — тех, кто до сих пор использует страну как сырьевую кормушку. Высасывая все соки. Мешая нашему развитию. Ельцинская элита рассказывает, как в девяносто первом победила «красную чуму». Открытым текстом спрошу: может, спустя двадцать восемь лет нам стоит взглянуть на те события поглубже? Подумайте.

Еще по теме

Поддержите нас
Новости ОНЛАЙН
Россия 24 lifenews
Архив